RC

Прошлое - родина души человека (Генрих Гейне)

Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Menu Menu

Темы


Воспоминания

  Л.В.Дудникова (Мутина)

МОИ ВОЯЖИ. Часть 3.

 (ХРОНИКА МОИХ ПУТЕШЕСТВИЙ)

НИЖЕГОРОДСКАЯ ОБЛАСТЬ. Продолжение 1.


1.1.  Департамент ТЭК

1.1.1. Формирование департамента

1991 год. После одобрения областным корпусом депутатов – «дерьмократов» моей идеи о создании отдельного структурного подразделения по энергетике в Администрации Нижегородской области я перебрала весь перечень возможных лиц, кого бы выдвинуть на должность директора департамента ТЭК. Было много хороших людей и неплохих специалистов. Однако главным препятствием была всё же политика. Нужен был специалист в энергетике, хотя бы в узком плане, но с опытом производственника, а не только умеющий на площади орать и листовки писать… И «подать» его надо было не от моего скромного имени, а от более именитых лиц. Моя заместитель Людмила Анатольевна предложила выдвинуть кандидатом в директоры департамента своего мужа Михаила, который работает начальником отдела в Нижновэнерго. Я же остановила свое внимание на другой кандидатуре.

   Кандидатуры на выбор губернатору


Задернюк А.Ф. – заместитель председателя Комитета промышленности и энергетики областного Совета депутатов области, имел специальность инженера-электрика. И как мне показалось, обладал даром «речистости», даже некой «задиристости». Как ни странно, но и фамилия соответствовала тому. Его выступления на совещаниях разного уровня, где мне приходилось присутствовать, отличались технологичностью и логикой, хотя были всегда задиристыми и нападочными на предшественников. Тогда уже подумалось: вот бы мне такого – с «широкой спиной»! Жила бы спокойно, считала, писала и подавала шефу на стол пакеты бумаг. Пусть бы «пробивал» нужный путь своей напористостью… Однако надо было ждать два месяца, так как наш молодой губернатор отбыл в  США для обучения.

  

Его замещал Макиевский А.М., заместитель председателя облисполкома. Это был настоящий служака своей Родине, делу и людям. Один из самых достойных заместителей председателя облисполкома, с кем мне довелось общаться за последние восемь лет. После включения в общий список будущего департамента ТЭК он пригласил меня в первый корпус Кремля, где в кабинете передал груду документов «для служебного пользования» касательно атомной станции со словами «Я знаю, что ты всё хранишь…». На моих глазах собирал бумаги: часть рвал, бросая в бумажный мешок на выброс, часть складывал в другой для себя, часть высилась на столе – для меня. Как бы разговаривая сам с собой, он говорил: «Вот жил-работал – и ухожу. А что у меня есть? Машины – нет, дачи – нет, сберкнижки в банке – нет…». Таким образом, он меня «благословил» на дальнейшую работу в команде Немцова и ушел на пенсию[1].

   

После одобрения вопроса о создании департамента ТЭК соратница Немцова Гришина Татьяна, которая долго исполняла обязанности «главного юриста» администрации, организовала мне встречу с управляющим делами Жупаном Ю.Ю. и коллегами Немцова по институтам НИРФИ и ИПФАН – Сморгонским А.В. и Чичаговым П.К., являющимися его внештатными экспертами для проведения предварительного собеседования на предмет моего умения и благонадежности. Сморгонский одновременно был сотрудником нижегородского филиала ЭПИ-центра Г.Явлинского. Позднее узнала, что это не ГБ-шники, а просто ученые: их вопросы отличались корректностью в значительной степени от вопросов депутатов в таком структурном подразделении в составе областной администрации.

  Эксперты Немцова в 1992-м

   

Объявила по телефону своим именитым «генералам из большой энергетики»[2], что я «нашла» себе директора: пусть приходят его уговаривать вместе со мной. Те не заставили себя долго ждать, пришли к намеченному времени в мой корпус, где на 2-м этаже в зале заседала сессия областного совета депутатов. Непосредственно под дверями зала мы провели мини-оперативку: я рассказала, кто он и почему он.

В коридорах за властью, 1992 год

   

Евдокимов и Биткин не были знакомы с Задернюком, но Курганов его отлично знал. Он покачал головой и сказал:

- Мы рекомендуем любого, кого Вы считаете необходимым. Но это человек очень сложный, я бы сказал – скандальный.

Я воскликнула:

- Вот и хорошо! Пусть и скандалит за нас с вами, а мы будем за его «широкой спиной» работать, а не склоки слушать на совещаниях...

Евдокимов кивнул – это ему понравилось. Далее всё шло автоматом: в перерыв я вызвала Задернюка из зала заседаний и выложила кратко наше предложение, а мои «генералы» в такт кивали. Задернюк поперхнулся хохотком:

- Да вы что? Я – баран в тепле и топливе. Я только электрик!

На это я скороговоркой ответила:

- Зато я не баран. Научитесь, я помогу… Я всё вам писать буду.

«Генералы» кивали…

   

После моей гарантии «помогать» Задернюк посерьёзнел и привел другой довод:

- Мы с Немцовым в разных партиях, – он имел в виду, что не утвердит.

На это в ответ расхохоталась уже я:

- Да Немцову наплевать на ваши партии. Он уже утвердил даже коммуниста Мохова на должность директора департамента соцзащиты.


Это подействовало. Завершили разговор на согласительной ноте: если получится… Тем более, что среди депутатского обновленного корпуса не было ни одного энергетика, кроме Задернюка.

В Португалии с Аксеновыми

   

Много позже на отдыхе в Португалии мне рассказал Аксенов Ю.Д., заместитель директора Управления Верхневолжскими магистральными нефтепроводами, подробно о том, что Задернюк, являясь бывшим энергетиком-атомщиком ядерного щита СССР – Красноярского Горно-химического Комбината – только что был выгнан директором этого Управления с должности главного энергетика за организацию профсоюзного скандала своему руководителю по вопросу незаконного присвоения премии коллектива… Видимо, поэтому нам с «генералами» большой энергетики удалось его быстро склонить к согласию.

   

1992 год. Тем временем к февралю 1992 года из США с учёбы вернулся Немцов. Далее вопрос решался просто. К рекомендациям тех «генералов» Немцов прислушивался. Так как Центральным блоком облисполкома по экономической реформе было Главное экономическое управление, из него в предпоследнюю очередь сформировали департамент экономики.

   

Последним был сформирован Департамент ТЭК в соответствии с моими набросками структуры, сметы и положений об отделах с функциями сотрудников. На всё-про-всё нам дали двенадцать единиц работников и выделили восемь кабинетов в первом корпусе Кремля.

Слева в центре – мой кабинет       Вправо от центра (3 этаж) - все окна департамента

Кремль, корпус 1 (департамент ТЭК)

   

Я хитро составила штатное расписание с тем, чтобы у нас было три отдела (в т.ч. тепло-,  электро-  и топлива) по четыре человека в среднем. При этом почти все работники имели по две должности, но с одним окладом. Два заместителя директора одновременно являлись начальниками отделов. Себе я сделала должность начальника отдела теплоснабжения, совместив ее с обязанностями секретаря и члена Правления областной Энергетической Комиссии, председателем которой должен стать наш директор.

   

В первые же дни меня навестил директор Энергонадзора Курганов Б.А. с тем, чтобы поздравить, и воскликнул:

- Надо же, Вам достался кабинет моего бывшего куратора – заведующего отделом промышленности обкома КПСС!

Я ответила:

- Вот и хорошо, значит, сохраним преемственность.

   

Так и старались держаться друг друга и своих принципов, работая до последних сил. Уже в 2015-м как-то вечером встретила его, занятого спортивной ходьбой на улице с лыжными палками неподалеку от дома проживания. Он был по-прежнему бодр, несмотря на свои 80 лет. Мы обнялись, перекинулись парой фраз, как будто не расставались, хотя теоретически так оно и есть. Работаем и в настоящее время в одной области – области энергосбережения.


1.1.2. Подборка кадров

Первой в департаменте ТЭК на работе появилась секретарша директора Света Сидоркина, бывшая секретарь главного инженера ИПФАНа Загрядского Е.В., ныне председателя Комитета по промышленности и энергетике облсовета, – одновременно специалист отдела топлива, секретарь и кадровик. Она же и меня оформила на работу в департамент первой. В отдел топлива я рекомендовала экономиста Свету Затееву – бывшую облплановку, чем она была удивлена, считая, что я недолюбливаю ее. Она изменила обо мне мнение, поняв, что для меня дело – главный «ребенок», а люди «при нём», после этого стала более искренней и сочла меня очень близким человеком.

   

Мне в отдел навязали инженера по сварке Ирину Воробьеву, сестру заместителя начальника УКСа облисполкома, начальник которого оказался мужем сестры Задернюка. Возможно, такое «окружение» родни Задернюка предполагало впоследствии перевести вместо меня, – чужого человека, – на Ирину все направления финансирования из Фонда. И этому она должна была научиться у меня, работая под моим началом…

   

Однако Ирина была абсолютно «обезбашенная» девка в части всех обязанностей. Было много шума, больше вреда, чем пользы. Тем не менее надо было ладить со всеми, мне это удавалось не всегда, но держала «марку».

 

 

  Технологи департамента ТЭК в 1992-м

    

Когда нам с Задернюком надоело ходить на разного рода совещания, где чаще нужно было «отсиживать» и кое-что говорить, я предложила вернуть моего бывшего начальника Ермилова Василия, с чем охотно согласился Задернюк.

   

Ермилов нам на долгие годы вперед обеспечил эти «тылы», обладая способностью длительных и безмолвных «сидений» на совещаниях, включая умение «собирать» из заплаток старых докладов новый по нужной теме, склеивая обрывки и вырезки в длинную ленту для перепечатывания на машинке Светланой Сидоркиной. Мы же в это время спокойно «работали и работали», созидая на фундаменте разрушенного хозяйства региона новые формы производства, используя старое имущество…

 

 Наш дружелюбный Ермилов В.И.

   

Весьма полезное дело сделала Светлана Затеева: привела девушку, работавшую ранее на недостроенной АСТ и уволенную по сокращению – Валю Володько. Это была яркая блондинка с крупными голубыми глазами и захватывающей всепоглощающей улыбкой. Я и то была покорена мгновенно, что говорить о наших мужчинах... Света просила одобрить прием Вали и замолвить за нее слово перед директором. Разумеется, мы приняли Валю в отдел топлива.

   

Не прошло и года, как Затеева «съела» ее. Мне позвонил Задернюк и попросил зайти. Когда я зашла к нему в кабинет, то обнаружила нахохленную Валю и его самого с ее заявлением в руках. Валя просила уволить ее по собственному желанию, не объясняя ничего. Я догадалась – тут же в упор задала вопрос:

- Светка заела? – у той брызнули слезы…

Сообразив, я сказала Задернюку:

- Переведите ее ко мне в отдел, пока есть вакансия.

   

Мы сначала и не знали, насколько нужна была работа Валентине, воспитывающей в одиночку сына…  Свету мы даже не отчитывали. Что поделаешь – не «срослось». Она была тяжела на отношения с людьми, уж я-то это знала, работая с нею в одном кабинете четыре года и вместе восемь лет. Валя ее простила…  После того Валя расцвела у нас, как цветок: общительная, старательная и очень обязательная. Если получала объяснение или поручение – она его никогда не забывала. Недовольна была лишь своей полнотой, хотя питалась архи скромно.

 

 Коллеги департамента ТЭК


Так «плелись» коллективы, в основном из своих, хотя не всегда нужных людей. Были и другие лица, на описание которых жалко портить бумагу. Некоторое время работал заместителем бывший коллега Задернюка по управлению ВВМНП Иванов Викентий, но был выпровожен из департамента работать в облгаз с повышением зарплаты. Были еще два зама – Киселев и Десятов.

 

  Киселев Г.П.(стоит), Десятов В.И., Валя (РЭК: Светлана и Ира)

   

Второй заместитель Киселев Георгий был «никакой», и когда мы организовали создание ряда энергоисточников на ВИЭ, он откровенно разрыдался в кабинете у Задернюка, расписываясь в бессилии довести до пуска начатую восстановлением Ичалковскую малую ГЭС мощностью 250 КВт. Обнаружив такую сцену, я бросилась его успокаивать, просила не плакать и взяла тут же на себя «причину слез» – пообещала организовать срочную токарную обработку внушительного по размерам колеса для малой ГЭС диаметром более двух метров (мне помогла моя программа по механизации, я знала, какой завод сможет сделать быстро при личных связях…). Мы благополучно ввели Ичалковскую МГЭС в эксплуатацию и подарили району. Георгий все-таки ушел в проектную организацию, так как наш департамент в нём не нуждался.

 

Ичалковская ГЭС питает электроэнергией половину Перевозского р-на

   

Через какое-то время из Чернобыля вернулся Десятов Василий Иванович, отбыв эту ссылку на предмет помощи по ликвидации последствий катастрофы 1986 года. Так как ему не нашлось работы на прекращенной строительством Горьковской АСТ, где уже разливалась водка из цистерн в бутылки, его привел к нам Мамиоффе Анатолий Борисович – нынешний руководитель, назначенный для обеспечения сохранности оборудования АСТ.

 

На оперативке (Задернюк, Десятов и Дудникова), 1996г

   

Десятов был принят и почти пять лет работал в департаменте заместителем директора и начальником отдела электроэнергетики.

   

В отделе уже работали две «электрички» – Галина и Марина. Марина год торговала тряпками, пока не появилась в нашем департаменте в 1993 году. Ее мне представила  наша Ирина, сообщив, что они вместе работали на машзаводе и были сокращены за ненадобностью в связи с конверсией 90-х. Марина была электрик, пришлось подсадить ее к Галине. Марина ничем не выделялась в работе и оставалась в отделе до пенсии почти двадцать лет, затем в 2012 году уехала к дочери в Москву нянчить внуков.

  Коллеги сработались (1997, 2012 г)


1.1.3. Организация работы департамента ТЭК

Топливные режимы

Первым делом пришлось уточнить положение о департаменте и должностные инструкции, написанные наспех для рождения департамента. Теперь же процесс пошел на развитие региона и его ТЭКа, а также на налаживание связей с федеральными органами и мировым сообществом.


Старая лиса Фильшин[3] подписал распоряжение, которым разрешил добычу из недр разведывательным компаниям, на которых фиксированные цены не распространялись. Также добывающим компаниям разрешил продавать только часть органического топлива по фиксированной низкой цене. Согласно тому значительная часть топлива, например, мазута для котельных продавалась по коммерческим ценам, что не было запланировано областными бюджетами.

   

Кроме того, вороватые предприятия, имеющие котельные и отпускающие тепло «за забор» жилым домам и учреждениям, объявили свои потребности в топливе и деньгах явно завышенными, включающими и заводские потребности. Нужно было всё это срочно отрегулировать, иначе предстоящая зима могла стать причиной  бедствия для энергодефицитного региона, каким являлась наша область.

Регуляторы теплоснабжения Нижегородской области (Валя и я)

   

Поэтому вторым шагом распоряжением губернатора я узаконила процесс нормирования топлива, то есть порядок переоформления старых и оформление новых «топливных режимов» для котельных по результатам расчета нормативов потребности в тепловой энергии на отопление и горячее водоснабжение, а также на технологические процессы.


Уже в марте 1992 года был создан пакет нормативных документов, распространена методика расчета для внесения в департамент дел по утверждению топливных режимов на каждую котельную. Были определены перечни и объемы потребности тепла для присоединенных объектов, проконсультированы десять допущенных для работы институтов.

   

Народ валил валом за разрешениями и за помощью в организации расчетов нормативов, иначе им не обещали бюджетных денег в оплату за теплоснабжение, не обещали и лимитов на природный газ, мазут или уголь….

 Топливо для области

   

Расчеты нормативов и выделение лимитов на топливо дали новую боль – началась головоломка как снизить фактическое потребление топлива и привести к нормативным расходам. Пришлось думать и фантазировать на ходу.

   

Однако нашим руководителям области, похоже, это не требовалось. Они изучали новую экономическую политику, которая была ориентирована на «приватизацию государственной собственности», 29 % которой должна была быть продана через публичные аукционы за приватизационные чеки, в обиходе называемые ваучерами («чековая» или «ваучерная» приватизация).

   

Получение ваучеров только насмешило нас: мы видели, как они тут же скупаются оптом темными личностями. Так и получилось. Ваучеры оттянули себе те, кто организовали этот грабеж страны. По данным опросов 1993 года, более половины респондентов (50—55 %) считали раздачу ваучеров «показухой, которая реально ничего не изменит». Большинство опрошенных (74 %) изначально полагали, что в результате приватизации основная часть государственных предприятий перейдёт в собственность «ограниченного круга лиц», а не «широких слоёв населения». Подавляющее большинство населения выступало за пересмотр результатов приватизации, считая, что приватизация госсобственности, особенно крупных предприятий энергетики, добывающих отраслей и прочего была незаконной.

   

В ряде особо значимых отраслей (недра, лесфонд, трубопроводы, автодороги и т. д.) приватизация была запрещена. В то же время обязательной приватизации подлежали предприятия оптовой и розничной торговли, общественного питания, строительства, производства и переработки сельскохозяйственной продукции, пищевой и легкой промышленности.

   

Приватизация малых предприятий была запущена правительством с начала 1992 года, не дожидаясь одобрения Верховным Советом. В апреле первый в России аукцион по продаже предприятий торговли, бытового обслуживания и общественного питания, на который приехали Гайдар и Чубайс, был проведён на Нижегородской Ярмарке.

Приватизаторы на первом аукционе, Нижегородская ярмарка, 1992 г

   

Однако к нам в отдел за топливными режимами для котельных первыми прибежали приватизаторы спиртовых и ликеро-водочных заводов, затем молочных и мясокомбинатов, потому что им очень завысили цены поставщики топлива как незаконным владельцам котельных.


Компьютеризация

В 1993 году мои «генералы большой энергетики», ставшие  «нашими», подарили нам два компьютера: один установили директору, чтобы учился, а второй отдали мне в отдел для набивания базы данных по котельным. Пришлось заказать для нее программное обеспечение, для чего я чертила на бумаге кучу таблиц «входящих» и «выходящих» – так кратко мы их называли. Они стали на долгие годы основой для укрепления и платёжной дисциплины за теплоснабжение, и плановых поставок твердого и жидкого топлива, а также выстраивания взаимоотношений с большой и малой энергетикой,  с инвесторами по развитию ТЭК. Всё это хозяйство, состоящее из 5003 котельных без учета вводимых, было «размножено» на число объектов, к ним присоединенным, т.е. жилых домов, учреждений и производственных зданий и сооружений, которые являлись потребителями тепловой энергии в виде горячей воды или пара на технологические процессы. Далее всё «кроилось» и складывалось по горизонтали и вертикали с применением учебниковых формул и законодательства. Несколько месяцев я «ночевала» в этих таблицах, потому что днем в отдел валил народ со своими нуждами, и не было еще «компьютерного мальчика», умеющего «набивать» данные и «снимать» результаты.

Компьютерный мальчик Муханов Олег

   

Взяла в отдел Муханова Олега по рекомендации друзей, выгнав Ольгу Марковну, оказавшуюся в сетях баптистов. Стало и легче, и труднее. Легче от понимания, что завтра основное планирование, привязанное к нормативам, будет автоматизировано. Труднее стало от изменения финансовой политики в стране, от отсутствия денежной массы, от прихода в экономику не инженеров-технологов, а политтехнологов.


Фонд ТЭК и НБД-банк

НБД-банк. Пришлось много ездить в районы, чтобы увидеть и услышать из первоисточников о проблемах в топливно-энергетическом комплексе и у его потребителей, помочь определить и пронормировать проблему, оценить затраты… Приходилось бывать на некоторых важных совещаниях, так как Задернюк оставался областным депутатом в течение шести  созывов, выполняя сначала обязанности члена Комитета по промышленности и энергетике, затем председателя Комитета по связям со средствами массовой информации.

   

Так я попала на историческое заседание депутатов облсовета случайно со своим докладом по изменению структуры и формы договора на электроэнергию для предприятий региона с Нижновэнерго, где кучка «дерьмократов» развела всех остальных на предмет «необходимости запрятывания» выделенных федеральным бюджетом 500 млн.рублей на конверсию оборонных предприятий региона. Друзья Немцова (два юнца, 44 года на двоих) Бревнов Борис и Аржанов Дмитрий преподнесли депутатам схему создания Нижегородского Банкирского дома (в настоящее время – НБД-банк), где основой послужат эти конверсионные деньги с тем, чтобы их предоставлять оборонным предприятиям в виде кредита с возвратом с процентами, чтобы помочь и другим, иначе если просто «раздать», то всем не хватит и ничего на них не создать, так как их мало…  Что характерно,  за данную «схему» ратовала группа депутатов, которых два года назад окрестили «дерьмократами». Старые же советские депутаты не поняли интриги вопроса и голосовали при условии, что банк будет создан обсоветом (!) и в правление банка введут депутатов. Конечно, держи карман шире! Облсовет не имел права что-то создавать, кроме комиссий, тем более – банк... Однако в правление банка вошли именно «дерьмократы» из облсовета, что и следовало ожидать.

   

В тот банк спрятали и фонд ТЭК, созданный Задернюком и Загрядским для нашего департамента на основе отчисляемого одного процента от прибыли всех предприятий ТЭК региона. Сначала расход средств осуществлялся через траст-компанию, для которой я готовила лишь решения энергокомиссии, договоры, отчеты о реализации проектов руководству и оплате за них. Остальные операции по перечислениям оформляла траст-компания.

    

Были созданы и другие банки для выполнения роли «бутылочного горлышка» в регионе по принципам, уже сложившимся в Москве и во всей России.

Нижегородский Банкирский Дом, Аржанов,  Бревнов, 1992 год

   

Бревнов стал председателем правления и председателем совета директоров, созданного НБД. Банк учредил дочернее ООО «Регион», владельцем которого стал Бревнов, куда ушла значительная часть денег банка. Бревнов в 1997 году женится на гражданке США Гретчен Уилсон, сотруднице Международной финансовой корпорации. Она с помощью Немцова «приватизировала» крупнейший Балахнинский целлюлозно-бумажный комбинат всего за семь миллионов долларов, что ниже настоящей цены в десятки раз. В мае 1997 года Бревнов стал первым вице-президентом и председателем правления уже энергетической монополии РАО «ЕЭС России». Профессор Юрий Качановский писал, что Бревнов зафрахтовал самолёт для доставки своей жены из США в Россию, за что РАО ЕЭС заплатило 520 тысяч долларов, затем 560 тысяч долларов за квартиру в Москве, а также за дачу около 1 млрд рублей. Зарплата Бревнова была 16 тысяч долларов в месяц. При этом на протяжении шести месяцев не выплачивалась зарплата работникам…

  

Аржанов Дмитрий, 20-летний помощник Немцова, за минувшие годы успел поработать служащим банка, политтехнологом и топ-менеджером энергосбытовых компаний. Сейчас ему принадлежат контрольные пакеты в крупных холдингах по продаже электричества и выращиванию риса, совокупная стоимость которых может достигать $1 млрд, и половина большого инфраструктурного проекта во Вьетнаме. Такие вот «золотые мальчики» были у Немцова, отчасти благодаря нашему фонду ТЭК и вексельным кредитам на проекты по энергосбережению.

   

Однако для этого необходимо было знать «где, что, с кем и сколько». Инженерная инфраструктура ветшала на глазах. Кроме брошенных сотен километров электрических сетей в деревнях, поселках, лесхозах и торфопредприятиях, требовала вмешательства и система теплоснабжения.


  Тепловые сети поселка Смолино (в/ч)

   

Необходимо было налаживать организацию ремонта многокилометровых тепловых сетей от ведомственных котельных обанкротившихся заводов, колхозов и финансируемых по остаточному принципу воинских частей. Тем более  требовалось срочное создание электронной базы наличия всего этого хозяйства, чтобы планировать модернизацию и развитие.


Я долго диктовала нашей Галине-электричке задание для районных глав, чтобы те смогли организовать учет с оценкой пригодности брошенных приватизированными заводами или банкротами электрических сетей для передачи на баланс Нижновэнерго. Много надо было восстанавливать разрушенного или разворованного в лихой период падения СССР. Но наша Галина – это образец непослушания и «прихватизации» чужой зарплаты в департаменте. Никто кроме нее не умел так нахально вытребовать лишнюю десятку от оклада только что уволенного того или иного специалиста.

 

  Галина и ее хозяйство (ветхие электрические сети, брошенные в 90-х)

   

Требуемую к разработке программу восстановления ветхих электросетей на основе полученных от районов таблиц с данными она смогла разработать лишь в конце 2002 года. Случилось это при очередной реорганизации администрации области и департамента после того, как я заявила, что ей «нет места в департаменте» из-за отсутствия занятости (программы же нет…). Испуг лишиться работы заставил ее задействовать мужчин-членов ее семьи на своде полученных из районов данных в общую таблицу. Пусть 31 декабря, но программа была утверждена. Правда, финансирование через НБД осуществляли регулярно по черновикам.

С нашей помощью НБД-Банк «забогател» и стал впоследствии одним из главных в регионе для взаимодействия с зарубежными инвесторами.


Всемирный банк (МБРР) и Семеновский проект

Это произошло в результате проведения через НБД нашего первого крупного проекта для города Семенова по замене двадцати котельных плюс десяти в Кстовском и Борском районах газовыми вместо мазутных с использованием около 6-ти млн. долларов субзайма Всемирного Банка (МБРР) и проверки по результатам реализации. Уже на 1.07.1999 уставный капитал ОАО НБД-Банк увеличился почти в два раза после размещения акций и составил 60960 тыс. рублей. Объем выпущенных акций составил 29960 тыс. рублей. НБД-Банк занял одну из ведущих позиций и по величине активов вышел на второе место в регионе среди нижегородских банков. Размер активов составил 760 млн рублей, ликвидные активы увеличились до 289 млн рублей. Балансовая прибыль, полученная банком за первое полугодие, составила 2 млн рублей.


Всемирный банк (Международный банк реконструкции и развития, МБРР), как специализированный институт ООН, предоставляет странам, которые развиваются, финансовую помощь, исполняет роль советника в разработке программ их экономического прогресса, координирует действия промышленно развитых стран и содействует развитию международных экономических организаций. В связи с тем, что ресурсы МБРР оказались не только недостаточными для удовлетворения растущих потребностей стран, которые развиваются, в кредитах, но и одновременно слишком дорогими, в добавление к МБРР на правах дочерних организаций были созданы Международная финансовая корпорация – МФК (1956 г) и Международная ассоциация развития – МАР (1960г).  Далее пошли Программы ООН (ПРООН/ГЭФ) и т.п.

 

Всемирный Банк (МБРР), Вашингтон[4]

   

Семеновский проект. В Семенов уже пришел газ, однако не было запланировано ни рубля на модернизацию котельных с переводом на газ с мазута, расход которого в Семенове составлял почти 4 млн. тонн в год. Поэтому мы с руководством области и района подписали договоры с МБРР и Минфином России на десять лет на сумму кредита в 9,5 млн. долларов[5].

    

Мне было страшно брать на себя ответственность на целых десять лет за 9,5 млн. долларов, поэтому я организовала еще и работу по получению кредита Сбербанка на сумму 21,2 млрд. руб. с оплатой 70-% кредитной ставки за счет Фонда ТЭК  для модернизации котельных с переводом на газ в семи районах  области. Это была «репетиция» перед кредитованием из Всемирного Банка. Нужно было понять, с кем «идти» далее в таких вопросах, нужны были надежные и не вороватые люди.

 «Отцы» трансфера зарубежных технологий в 90-х

  

Депутаты облсовета тоже учились вместе с нами, поэтому мне легко было продвигать через них нужное законодательство. Имея в виду, что два из них являлись одновременно и главами районных администраций (Иванов В.А[1] и Боляк В.И. – соответственно Борский и Кстовский районы), пришлось их районы включить в проект за счет остатка субзайма Всемирного Банка[2], который после покупки и установки 20 газовых котельных вместо  мазутных составил почти половину суммы. Более того, Иванов имел 10-летний стаж управленца, возглавлял Комитет по бюджету и налогам облсовета. Он не мешал, а скорее помогал «прятать» в трактовках решений облсовета подробности, нежелательные для глаза иностранных инвесторов.

   

Было жалко отказываться от зарубежной банковской «школы» и защищенного во всех федеральных структурах права использовать тот кредит на ускоренную модернизацию котельных. Излишки кредита получились из-за вороватых политтехнологов машзавода[3], завысивших цену своим котлам. Иванов и Боляк оба «закрыли глаза» облсовету на недостоверные постановления в части «географии» Борских и Кстовских котельных, приписанных к Семеновскому МУП.

 

Возле котельной в Семенове (я – третья, эксперты США – 4, 5 и 7-й)

   

После окончания установки всех 30 котельных к нам из Вашингтона (США) прибыла команда проверяющих в сопровождении московского офиса-посредника. Мы с политеховским менеджером возили их в Семенов и Кстово, чтобы продемонстрировать результат установки котельных.

   

Однако мы провезли американцев мимо борских котельных, т.к. вороватый Иванов, самовольно не согласуя со мной, заменил «географию», мощности и количество закупаемых котельных, а прикормленные им немцы-поставщики котлов, изготовленных на борском заводе «Теплоход», сделали вид, что всё идет по проекту. Это могло быть причиной расторжения договора. Пришлось «замять» тот «невояж» недостатком времени…

   

Тем не менее, хотя и не все деньги МБРР удалось израсходовать из-за вороватых участников, они не были украдены, т.к. контролировались «сверху донизу» исполнителями по установленной схеме. Кроме того, было налажено новое производство дешевых модульных котельных.

 

  Вагапов (дир. ДТЭК), эксперты МБРР из США , Москвы и я

 

 Итоги проектов обсуждались в политехе

   

Другие проблемы и решения. К концу 90-х мы пропустили через НБД средства Фонда ТЭК в размере около 25 млн. долларов. Проектов было немного, они были  в основном «демонстрационными», чтоб научить тиражировать с использованием займов. Денег в Фонде ТЭК стало меньше уже в 1999 году – после запрещения Чубайса перечислять в него 1% от прибыли Нижновэнерго.

   

Однако основным поставщиком денег (в векселях) был все-таки Нижновэнерго, поэтому ежегодно ему «возвращались» эти деньги в размере 10 млрд. руб. в виде безвозмездного финансирования на программу «Восстановление бесхозных электрических сетей», которых с 1991 года было очень много «сброшено» с баланса в связи с ликвидацией Союза. Сначала финансировали те проекты в виде передачи векселей созданной трастовой компании, затем пришлось сформировать и свою бухгалтерию.

   

Пришлось за счет фонда организовать группу из двух бухгалтеров, экономиста и секретаря областной Энергетической Комиссии (РЭК). Приняли  бухгалтеров Раису и Валентину, Иру Маслякову, которая ушла еще в ГлавПЭУ в декрет, а также  сестру братьев–банкиров экономиста Светлану Леонидовну, ставшую позже «серым кардиналом» в РЭК, созданной с 1998 года на штатной основе.

Ирина , Светлана Леонидовна, Валя и Раиса (бухгалтеры) и я (8марта)

   

Одновременно мне приказали довести долю оплаты за теплоснабжение населением до 100%  (население в 1998 году платило всего 8%, а остальное возмещалось из бюджета. На 2002 год было запланировано уже 55%, и до 100% довели уже без меня). Пришлось «рисовать» очень длинные и сложные таблицы для депутатов. Районы всё равно трудно шли на это, имея весьма дефицитные бюджеты, но жалея свое население.


1.1.1. Будни и праздники департамента ТЭК

Очень хотелось, чтобы кадры департамента ТЭК были дружны между собой. Мне виделся коллектив таким же дружным, как удавалось сплочение в облплане. Зацепив хитро переплетенными функциями все три отдела департамента и РЭК с Фондом через их Положения, утвержденные в установленном законодательством порядке, я долго не уходила в предоставленный мне отдельный кабинет, пока не приучила свой отдел теплоснабжения быть миролюбивым и всеобъемлющим. Зная, что по вечерам наши руководители будут «расслабляться» в буфете на нашем 3-м этаже или по своим кабинетам, спиваясь и сплачиваясь в коррупционные «комки», я решила тому противодействовать.

 

 Будни и праздники – всё были в этом радиусе 20 лет

   

Буфет, доставшийся по наследству от обкома КПСС, находился на нашем этаже (к счастью, за углом, а не около). Столовая, в чье ведение он входил, находилась на первом этаже с выходом во двор. В силу продовольственного дефицита власти расщедрились на право снабжения своего общепита некоторыми дефицитными для народа товарами. Благодаря тому в буфете всегда можно было перекусить недорого и даже дефицитными продуктами, но без выноса. Однако  «дерьмократы» у власти расщедрились не только на еду, но и позволили в буфете производить распитие спиртных напитков по принципу «пьяницы остались в СССР»… 

   

Но служащие 1-го корпуса явно стеснялись делать это, так как среди них было немало бывших «коммуняк» и комсомольцев. Тем не менее чиновники и предприниматели, приезжающие рано утром из районов, стали позволять себе на завтрак сделать и «опохмелку». Однажды по этажам прошел «хохоток», что Немцов при заполнении своего кабинета очередной группой руководителей, воскликнул: «Ну вы хоть в двери-то вписывайтесь, не напивайтесь с утра…». Ситуация была разряжена шутками. После этого осмелели основные «жители» данного корпуса, но больше о случаях пьяных руководителей в рабочее время мы не слышали. Буфет «начинал» активную работу после 18 часов.

   

Получив у директора согласие на проведение в его кабинете вечерней «оперативки» с «чаепитием» после укомплектования департамента кадрами, я накрыла стол сама без привлечения девчонок. На удивление, всем это понравилось, я повторила такое пару раз и отметила, что отдельные из сотрудников сочли, что так и надо, что нѐкто финансирует. Помочь убрать вызвалась лишь Света Затеева, обнаружив, что и убираю тоже я. Затем я пригласила Валю, Ирину, других с тем, чтобы стол накрыть, и предупредила, чтобы не уходили, пока всё не уберут, а сама ушла раньше. Больше я не прикасалась к тарелкам для их помывки или нарезки колбасы – всё перешло в руки наших девчонок за исключением закупки продуктов и напитков, что контролировала я сама.

 

Мужчины департамента ТЭК готовятся к очередному Женскому дню

   

Накрывать стол к 8-му марта научились даже наши мужчины. В отделе было уютно, по стенкам расположено много высоких шкафов, которые при формировании департамента мы с управляющим делами Усковым Владимиром обнаружили на чердаке здания – бывшие шкафы обкома КПСС, они служили департаменту более 10 лет.

    

Конечно, такая «кормежка» стоила бы дорого для меня одной, но директор Задернюк,  поняв механизм, стал спрашивать, во что «вчерашний ужин» обошелся и стал возмещать затраты. Естественно, я молча согласилась, он для того нашел свои каналы. Ему понравилось общаться с нами – он так образовывался, в том числе за счет вопросов и ответов порой самому себе. Выявлял попутно нужных и ненужных людей для себя. Так он расстался со своим коллегой с бывшей работы – охамевшим заместителем и бывшим другом по предыдущей работе Викентием, не нужным в департаменте заместителем Георгием и некоторыми другими.

 

Праздники бывали и в будни

   

В первый же год нам для проведения вечерних «оперативок» пришлось сменить его кабинет на кабинет моих девчонок, чьи окна выходили в безлюдный двор. Причиной стала Ирина, спровоцировавшая коллектив за столом на хоровое пение. На следующее утро ко мне в кабинет, запыхавшись, прибежал управделами Усков и взмолился:

- Людмила Владимировна, ну сделайте что-нибудь: песнякá–то зачем в кабинете директора? Я вечером вернулся в здание поздно за вещами, а у вас под окнами концерт слушать можно. Там люди гуляют, смеются…

   

Так пришлось срочно перенести «географию» вечерних «оперативок» в отдел теплоснабжения. Однако привычка была внедрена, и директор не уходил в другие департаменты и коллективы за малым исключением, когда были знаменательные даты у руководителей.

   

Мы в основном дружно проработали целых пять лет. Директор Задернюк объявил нам о намерении праздновать этот юбилей с приглашением руководителей ТЭК региона и других смежных организаций. Юбилей проводился в зале губернатора на 5-м этаже. Сначала в торжественной обстановке был зачитан отчет о нашей работе и достижениях в регионе предприятиями ТЭК. Затем лично Задернюком мы были рассажены вокруг него в президиуме для приема поздравлений. Это было забавное театрализованное представление с вручением памятных подарков, конечно же, бесполезных для нашей работы.

Задернюк (в центре), слева Раиса, я, Ермилов, справа Десятов, девочки

   

Однако наш 5-летний юбилей в Администрации Нижегородской области был «началом конца».

Празднуя юбилей 20 февраля 1997 года, мы еще не знали, что уже 17 марта Президент назначит первыми вице-премьерами А. Чубайса и Б. Немцова, что означало, что у области нет больше губернатора и что через три месяца с небольшим мы лишимся и своего директора Задернюка, который откажется работать с новым губернатором Скляровым, бросив ему заявление об уходе, уйдет вслед за Немцовым в Москву.

Задернюк на 5-летнем юбилее ДТЭК принимает подарки

    

Через год после прихода Задернюка появится Федеральная энергетическая Комиссия (ФЭК) на штатной основе вместо общественной с совместителями (Минтопэнерго и Госкомцен). Я побывала у него весной 1998 года в Китайгороде в общем с РАО ЕЭС и Минтопэнерго здании, подарила книгу «Демонстрационная зона Нижний Новгород», состоящую из наших законов и нормативно-правовых актов, подготовленную мною по итогам проекта ЕЭК ООН с Реутовым и изданный  РУСДЕМ-ом. Он похвалился мне листом ватмана, на котором была нарисована структура ФЭК с филиалами в регионах в составе 140 человек. Стало грустно…

Председатель ФЭК РФ Задернюк А.Ф., 1999 год

   

Вагапов. Тем не менее «праздники» в нашей стране всегда приветствовались, и потому наши праздники в департаменте тоже не прекращались, несмотря на смену директоров. Например, в апреле 1998 года мы отмечали юбилей нашего нового директора Вагапова Фарита Закировича на Нижегородской ярмарке.

60-летний юбилей директора Вагапова (с Раисой), 1998 год

   

На юбилее Вагапова присутствовало руководство его бывшего объединения «Горькийнефтепродукт», его близкие люди, все нам не знакомые, и, конечно же,  весь департамент ТЭК в полном составе. Мы ожидали, что кто-то нам укажет места, но этого не произошло, и мы скромно сели у дверей спиной к юбиляру.

На юбилее Вагапова (Валя В., Марина, Я, Света З.), 1998 год

 

На юбилее Вагапова (Ира М., Раиса, Валя-бух), 1998 год

   

Конечно, самые добрые слова о совместной работе сказали его прежние коллеги из «Горькийнефтепродукта», а нам пока было нечего говорить – он три месяца как заступил на пост директора. Я тихо ушла после торжественной части юбилея.

   

Несколько месяцев позже он нам сообщил, что у него умерла жена и он хочет устроить ее поминки в обед в моем отделе, как самой большой и удобной для сборов комнате. Девочки накрыли стол, все собрались, говорили сочувствия, другого не знали и не спрашивали, ужаснувшись, что мы ничего о том не знаем, кроме того, что она доживала у своей сестры в Свердловской области… Вагапов не прикоснулся к спиртному, пояснив, что сейчас пойдет к губернатору на совещание. Затем он ушел. Я ушла тоже в свой кабинет работать. Наши девы развеселились – допили и доели и убрали всё за собой, затем ушли домой.

   

Ко мне в это время приехал новый семеновский директор тепловых сетей Ежов Андрей, с которым в дальнейшем мы много лет продолжали сотрудничать, заканчивая проект Всемирного Банка. И сейчас мы просидели с ним допоздна, решая его задачи.

Вдруг в кабинет зашел Вагапов и удивленно спросил:

- А что, все уже ушли?

Теперь удивилась я, но как можно нейтральнее ответила:

- Так ведь седьмой час уже... – дав понять, что рабочий день закончился.

На его лице было написано разочарование и некая горечь – я мгновенно поняла, что он надеялся, что его дождутся и он поделится своими переживаниями и болью в связи с утратой жены.

 

В «Горькийнефтепродукте» (Вагапов 3-й), 1989 год

   

Того коллектива, где он долго работал (Горькийнефтепродукт), с ним уже не было, а с департаментом еще «не сложилось». Нужно было «спасать ситуацию». Вскочив с места, я засуетилась, приглашая его присесть рядом с Андреем, и забормотала, что некстати было совещание у губернатора и что его все ждали, но не знали, когда он вернется, и что мы сейчас «что-то организуем, чтобы посидеть»… Подмигнула Андрею, чтобы сидел (я знала, что шофер его дождется).

   

Достала из сейфа бутылку водки, разрезала пару яблок, поставила на стол вазу с конфетами, рюмки, чайные чашки и включила чайник, мысленно ругнув девок, что они не оставили мне ключ, а сдали на вахту. Однако этого было достаточно, чтобы уже после первой рюмки Вагапов разоткровенничался и рассказал нам с Андреем всю свою биографию, начиная с рождения.

   

Он рассказал, что в семье было очень голодно и мать кормила его грудью даже в три года. Он родился в 1938 году и был третьим сыном, а в 1941 году отца забрали на фронт и мать, работая прачкой на фабрике, прибегала в обеденный перерыв его кормить. Братья тоже хотели есть и просили грудь, а она запирала их в подполье, чтобы накормить малыша. Он хорошо запомнил это, потому что братья стучали из подпола и просили выпустить. Их мать кормила только по вечерам остатками, принесенными из фабричной столовой.

Старинные прачечные по стирке спецовок

  

... Мать скончалась в обеденный перерыв на пути к детям. Перешагивая канаву, она упала прямо в нее… После того, прежде чем определить в детдом, братьев длительное время кормили в той же столовой фабрики один раз в сутки. Это ему запомнилось в подробностях.

   

Мы молча выслушали всё и, поняв, что последние годы его жена провела в Свердловской области у своей сестры, а Вагапов это время провел в поездках между Москвой и Нижним Новгородом, в котором жили его два сына с семьями, успокоили его, что она последние дни пребывала возле заботливого родного человека. И что он – молодец, помогал им жить деньгами. Это самое то, что нужно больному человеку, чтобы ни в чём не нуждаться и не голодать, что сам Вагапов испытал в жизни. 

   

Этой исповедью Вагапов дал понять, что мы ему тоже близкие люди. Если бы не водка, я бы разревелась от того рассказа…  Ведь мы с ним были знакомы по работе почти десять лет. Ушли мы домой где-то около 23 часов вечера, хотя и выпив целую бутылку водки, но «ни в одном глазу»…

   

Другие дни рождения. А чуть более чем через месяц отметили и мой рядовой день рождения в отделе у наших девочек. Пришла и моя племянница Ирина, которая недавно приступила к работе в областном департаменте по труду.

Мой день рождения 1998 год, 18 мая

   

В эти годы с продуктами было уже не так напряженно, изобилие пополнили хлынувшие из-за кордона нестандартизированные кондитерские изделия, экзотические фрукты, вина и чай.  Тогда мы не были умудренными до чтения обозначений ГМИ (генетически модифицированный источник), или европейское обозначение — GM и также номера «Е». После оголодания за  годы начала 90-х мы ели всё подряд, лишь бы упаковка была красивая. Поэтому наши столы «ломились» от всевозможных яств и напитков. Не сказать, что кто-то злоупотреблял, кроме Ермилова, которого споили в начале 1992-го, когда он ушел работать в фирму «Зерно», организованную руководством области еще в 1991-м. Сначала я туда же пристроила и племянницу. Однако через некоторое время она взвыла от ужаса – там, где все пьют и главным является накрытый стол, она работать не захотела и вернулась в облтруд, где работали приличные люди.

   

В феврале 1999 года мы уже отмечали юбилей Ермилова Василия Ивановича в кафе на Скобе улицы Рождественской, предварительно поздравив его днем в департаменте.

 

50-летний юбилей  Ермилова (справа 2-й), 1999 год

 

 На юбилее  Ермилова В.И. (я, Володя и Света), 1999 год


Не успели отзвучать те «фанфары», как заболел и слег в больницу Вагапов. К нам уже в мае месяце в департамент пришел Гладышев Сергей Васильевич и объявил, что его сейчас назначили директором. Не гордясь, не ожидая официального представления кем-то из заместителей губернатора, тут же занял кабинет. Прямо в приемной, где возле секретаря Светланы случайно оказалась и я, он нам объявил, что не собирается никого увольнять: «работайте как и работали…»

   

Конечно, это каким-то образом покорило нас… Хотя было не по себе, что так нелицеприятно обошелся губернатор Скляров с Вагаповым. Как-то подло это выглядело, хотя Гладышев не был виноват в том. Тем не менее появился новый директор, а  тут подоспел и мой очередной день рождения. Справляли, как всегда, в отделе теплоснабжения.

 

Принимаю поздравления Гладышева,1999 год, 18 мая

    

В 2000 году я взбунтовалась: не хочу отмечать день рождения – и всё тут! Пенсионный возраст 55 лет меня скосил морально – я не хотела слышать ни о предстоящей пенсии, ни о возможных наградах, чтобы потом иметь какие-то государственные льготы… я хотела «остановить время». Не оформляла пенсию до осени, думая, что всё делается автоматически. Но пришлось.

   

В день юбилея я не хотела приходить на работу. Сначала все кивнули головой – да пожалуйста, «прогуляйте». Но накануне вечером получила срочное задание встретиться с представителем новой РЭК и доработать с ним наши Положения о РЭК и департаменте ТЭК, чтобы «развести» обязанности. Пришлось прийти. Пришла, села молча в кабинете, ожидая парня из РЭК. Директор Гладышев спросил у наших девочек, собираюсь ли я отмечать юбилей сегодня. Получив отказ, сообщил, что поедет в свою бывшую Сормовскую администрацию отмечать день рождения бывшего коллеги и уехал с утра.


Через некоторое время в кабинет зашла моя заместитель Ирина В. и взмолилась:

- Неудобно перед другими! Разрешите хотя бы Вас поздравить цветами, готовились же…


Я рассмеялась, поняв, что «валяю дурочку», и извинилась за свои бзики. Пригласила Ирину сесть, достала и подала ей деньги, сказав, чтобы организовали к обеду всё, что нужно. Они успели сбегать даже на площадь Минина за горячей курицей-гриль. Поздравляли как никогда – от души. Зная мое неравнодушие к гороскопам, вытащили из них информацию всю, какую смогли, и по очереди декламировали за столом в виде своего поздравления. Володя снимал поздравления на видео. Фото не получилось… Но осталось очень теплое чувство об этом дне и обо всех моих коллегах. Забылись все распри и непослушания. 

   

Затем начались «выселки» и переезды департамента. Наши праздничные посиделки превратились в унизительные «попойки» на кухне дома купца Худякова, что на Малой Покровке, с которых я убегала, придумывая всевозможные причины. После реорганизации в «правительство» в 2002 году нас всех накрыла волна выборов и переназначений руководителей разных уровней. Не нас, а мы уже поздравляли вышестоящее начальство.

 

День рождения министра Антоневича (справа я, 3-й он), 2003 год


Однако нельзя не упомянуть, что уже в 2007 году мы отметили 15-летний юбилей департамента. Были не все, но главные, кто остались в нём или около… 

 


Долгожители Нижегородского департамента ТЭК, 2007 год

 

Самыми «теплыми» людьми департамента по-прежнему оставались сотрудники моего отдела – Володя, Наташа и Валя[4].  Наташа была теплоэнергетик и впоследствии возглавила отдел. Полковник Петлин в начале 90-х попал на работу к нам в департамент ТЭК по милости Задернюка, сын которого «дозревал» до армии и надо было отмазать, что сделал Петлин. Он много лет служил в туркменской Кушке, потом был направлен в Горький, где работал замоблвоенкома. Дело было к пенсии, он подыскивал, куда «перепрыгнуть», а тут подвезло – Петлин в уплату за «отмазку» сына устроен на работу помощником к директору. Таким образом Валерий Александрович и появился у нас в 1993-м году.

 

Позже убернатор Немцов сократил всех помощников, и пришлось полковника переводить специалистом в отдел топлива. Ему очень нравилось сопровождать директора на пуск газопроводов. Например, в 1996 году они летали в Ковернино на вертолете с губернатором. Ковернинская газета печатала частушки: «На зеленую лужайку вертолет зеленый сел, к нам сегодня на гулянку Губернатор прилетел. Сам высокий, черноокий, шарфик белый – и ваа-аще! Мне б такого молодого с вертолетом и плаще!». Немцов тогда был кудрявый, носил длинный черный плащ с белым кашне.

 


1.1.2. Региональная энергетическая Комиссия (РЭК)

В начале 1998 года соответственно установке федералов сформировалась РЭК (Региональная энергетическая Комиссия) Нижегородской области на штатной основе. Председателем был назначен Верховодов Феликс Геннадьевич, друг зятя губернатора Склярова и сын бывшего заведующего отделом строительства в Горьковском Обкоме КПСС, приватизировавшего огромное наследие бывшего треста  Волговятметаллоконструкция через созданный для того Русский Банк, где Феликс начинал свой бизнес  заместителем председателя правления банка.

Создатели Нижегородской РЭК

 

Верховодов тихо появился в нашем департаменте на очередной оперативке у директора Вагапова. Когда узнали, кто так молча приходит и молча уходит, стало понятно, что мы многое упустили по вине областных кадровых реорганизаций. Начиная с конца 1991 года впервые созданная нами общественная РЭК подчинялась нам, мы многие ответственные решения «переваливали» на ее общественные плечи и протоколировали от ее имени, исключая администрирование департамента. Я вначале была только секретарем комиссии, далее стала и членом Правления, а директор департамента автоматически был ее Председателем. Однако что было любо Задернюку – другому было не надо.

 

В Положение о нашем департаменте давно нужно было внести изменения, усилив раздел по энергоэффективности. Однако некому было услышать меня: место директора пустовало, а Ермилов и Петлин с бухгалтером Раисой «растаскивали» по частям фонд заработной платы, спешно меняли штатное расписание. Они ликвидировали вакантную должность второго заместителя директора и ввели должность начальника отдела топлива, оформив на нее полковника Петлина.

 

На мои предложения переписать Положение о департаменте, усилив функциями по энергоэффективности в связи с предстоящей организацией РЭК на штатной основе, они отмахнулись. Их уже устраивало то, что они имеют – без оглядки на перспективу. Новый директор Вагапов вообще не понял, о чём мы спорим, и тоже отмахнулся. Мне тоже надоело сражаться с «ветряными мельницами».

 

Услышав всё это, я пошла к Верховодову, только что назначенному председателем РЭК, и предложила организовать в РЭК отдел по энергосбережению и «слить» в него функции департамента ТЭК касательно работы с формированием нормативов и энергоэффективности. Более того, я предложила забрать весь мой отдел с функциями, кадрами, помещением и компьютерами. Написав и проект распоряжения губернатора о переводе, я убыла на заседание Комитета по Программе «EE-2000», генеральный офис которой был в швейцарской Женеве. Вернулась через десять дней. За это время пришлось многое обдумать и обговорить с коллегами-экспертами из политеха, Миннауки и Минтопэнерго России, а также РУСДЕМ, который возглавлял Реутов Б.Ф. Они посоветовали мне остаться в департаменте, смириться с утратой части функций, которые так или иначе должны быть поделены.

 

Однако за время моего отсутствия губернатор уже подписал распоряжение о моем переводе в РЭК вместе с коллективом и кабинетами… В департаменте испытали панику те, кто оказались «за бортом» информируемости – руководство, кадровик, бухгалтерия и отделы, кроме теплоснабжения. Ермилов молча внес проект штатного расписания за минусом моего отдела и группы девочек, ранее обслуживающих работу РЭК. Его страшно обругала руководитель юрслужбы губернатора, пояснив, что «уходят живые люди, а численность вакантная остается». В том состоянии, вернувшись, я и застала их вместе с Петлиным – они не знали, что делать дальше и с какими «минусами» переписать Положение о департаменте. Этого они никогда не делали. Сидели с надутыми губами, не разговаривая со мной. Они еще не знали, что я изменила решение об уходе.

 

После моего сообщения им об изменении моего решения (сказала, что не буду выполнять это распоряжение и всё останется по-старому) у них выпрямились спины, округлились глаза и засверкали от радости. Они оба не могли передать словами то, что испытали, и вечером напились оба. После этого я стала для РЭК врагом, а в департаменте – опять главной «примой»…


 

1.1.3. Нижегородский технический университет (политех)

Однако без помощи политехнического института, который был переименован в Нижегородский государственный технический университет (НГТУ), нам бы было не справиться с крутым виражом политики и науки. В начале 1992 года я сделала попытку договориться с проректором по науке Петриковым В.Г. о взаимодействии на направлении повышения энергоэффективности с тем, чтобы ученые политеха за отдельную плату разрабатывали какие-то опусы типа статистики с комментариями на научной основе в качестве первых шагов. Говорила, что время меняется и нормативная политика тоже, следовательно, науке придется «догонять». Лучше бы идти в ногу… Петриков замахал руками, отрицая любое взаимодействие с администрацией. Пришлось надавить административным потенциалом и позвонить ректору Тишкову К.Н. 

 

Этот человек был само обаяние – он благодарил за выбор его ВУЗа, а не архитектурно-строительного, в чьи обязанности входило обучение и научные исследования систем теплоснабжения, отопления и прочей инженерной инфраструктуры. Ответила, что меня интересует и «большая энергетика», которая только «под ним»,  и также личный интерес, ибо мой сын уже работает в этом ВУЗе после его окончания.

 

Ректор понял меня и еще раз поблагодарил за доверие, пообещав определиться с ответственным лицом для дальнейшей работы. Почти сразу после разговора он прислал ко мне заместителя проректора с помощницей Людмилой Александровной, который после заключения первого договора на разработку проекта с Минэнерго России был назначен проректором по инновационной деятельности. Так в моем ведении появился еще и ВУЗ и новые чины.

Регуляторы энергоэффективности в Нижегородской области (НГТУ)

 

Тот чин сыграл для области весьма значительную роль для признания Нижегородской области, во-первых, как новатора в деле повышения энергоэффективности, во-вторых, в регион потянулись всевозможные представители власти и инвесторы, так как им было с кем работать.

 

Минобразования России также оценило профессионализм и мобильность нашего политеха и региона, включило нас в свои комиссии, приглашало на совещания. Как-то и мне вместе с ректором Тишковым пришлось сделать доклад на коллегии у первого заместителя министра.  

 

Начиная с 1997 года ежегодно в конце октября мы стали проводить конференции по энергосбережению в политехе, на которые съезжались представители администраций других регионов, проректоры по науке всех ВУЗов страны и все желающие с заводов и муниципалитетов.

 

 Заседание Комитета по подготовке 1-й конференции в НГТУ, 1997 год

 

После пленарного заседания все участники расходились по секциям, сформированным по интересам. Мне, как правило, для проведения доставалась секция по работе с заводами - производителями приборов и оборудования или по работе с муниципалитетами. Секцию для проректоров проводил начальник управления Минобразования России Сергеев С.К.

 

В 1998 году на конференцию прибыла делегация из Минтопэнерго России, Русдем, ЕЭК ООН и Голландии в рамках программы ЕЕ-2000 и субзайма МБРР.

 После конференции по энергосбережению в НГТУ, 1998год 


 

 Президиум 6-й конференции по энергосбережению НГТУ (я справа), 2002 год

 

Такие конференции вместе с выставками в нижегородском политехе проводились начиная с 1997 года более 10 лет, пока москвичи и другие регионы не освоили принцип «зарабатывания» денег на предоставлении территории и помещений для этих конференций и также смогли заинтересовать свои предприятия демонстрацией производства оборудования для энергетики или внедренных проектов по энергосбережению.


Выставка по энергосбережению в НГТУ, 1999 год

 

 Конференция 7 по энергосбережению НГТУ (я справа), 2003 год

 



[1] Иванов В.А. являлся 1-м зам.Губернатора области до 2016 года, Боляк В.И. – юрист, писатель в настоящее время.

[2] в 2000 году Проект был приостановлен, т.к. рассчитан на 3 года с возвратом займа в течение 10 лет. Мы успели за 3 года закупить оборудование для 30 котельных общей мощностью 130 МВт в 3-х районах за счет займа МБРР на 7 млн.$ и установить за свой счет; 10км предизолированных теплопроводов; приборы и устройства для учета и регулирования, диагностики, наладки теплосетей и систем отопления и водоснабжения; высвободить 55тыс. т. нефтяного и угольного топлива с заменой на газовое со снижением использования в 2 раза; получить экономию 60 процентов от затрат бюджетных средств на теплоснабжение.

[3] 1-й зам Губернатора Батырев был выходец с машзавода и требовал от меня, чтобы все проекты, связанные с теплоснабжением, были привязаны к котельным, которые машзавод наладил производством после передачи ему своей разработки моей подругой и бывшим заместителем – Большаковой Людмилой Анатольевной.

[4] На снимке: Наташа, Володя, я и Петлин. Вали нет на снимке – была в отпуске.






<< Назад | Прочтено: 131 | Автор: Дудникова Л. |



Комментарии (0)
  • Уважаемые посетители, в связи с частым нарушением правил добавления комментариев нашими гостями, мы вынуждены оставить эту возможность только для зарегистрированных пользователей.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Авторы