RC

Прошлое - родина души человека (Генрих Гейне)

Логин

Пароль или логин неверны

Введите ваш E-Mail, который вы задавали при регистрации, и мы вышлем вам новый пароль.



 При помощи аккаунта в соцсетях


Menu Menu

Темы


Воспоминания

 Галина Долгова (Наумова)


ПОЗНАЙ СВОЙ КРАЙ

История - философия древней Туркмении

 

Я родилась в Туркмении, в Чарджоуской области (ныне – Лебапский велаят). Родители  вывозили меня за пределы Туркмении с раннего детства. Позже, в сознательном возрасте, ежегодно на время каникул или отпуска я выезжала за ее границы  самостоятельно.    Покидать пределы республики было необходимо для смены климата, так чтобы знойное  лето провести в краях прохладных. В дальнейшем всё больше появлялась потребность  посмотреть мир, познакомиться с другими странами, городами, иными культурой, бытом  народов и насладиться их эстетической красотой. Хотелось переключиться с режима «дом-работа», покинуть на время одни и те же улицы, дворы, получить новые впечатления.

    

Совершенно естественно в результате наблюдений обозначилась сравнительная картина. Я восторгалась, удивлялась тому, что видела. Только много позже пришло осознание того, насколько интересна история края, где проживаю. Открыла я для себя в краю родном множество удивительных мест, с которыми стоило бы ознакомиться поближе.
    

Образ жизни и менталитет туркмен в корне отличаются от западной культуры и даже от соседних мусульманских центральноазиатских государств. Дело в том,что предки туркмен – кочевые племена, но несут они в себе философию многовековой восточной мудрости.


Туркмения продолжает оставаться самой загадочной и недооцененной страной Среднеазиатского региона, где открывается удивительный мир древнего и средневекового Востока. Это страна, о которой ранее мало что было известно в западном мире.


Да и, чего уж там, мои собственные познания об истории Туркменистана до некоторых пор тоже были весьма скудными. Я сама чисто визуально, зрительно, непосредственно, своими глазами плохо знала свой край.
    

Меня одолевали сомнения – ту ли тему взяла для себя в качестве воспоминаний о культуре древнего Туркменистана? Поддержала меня Галина Сергеевна Мирошникова, с которой вместе мы провели не один трудовой год и продолжаем доедать свой «пуд соли». Она поставила на мою задумку штамп «одобрено», сказав, что у меня не банальная утеха в воспоминаниях прошлых лет, а они – опора силы духа. И я воспряла этим самым духом. В год орла на листах стали воскресать дни былого. Расправила крылья, нечего хрюкать, в прекрасное далёко я начала свой путь. Когда в голову приходит очередная идея, очень важно услышать от тех, кому доверяю, что моя мысль или идея правильная.
   

Галина Сергеевна проживает в Туркмении более 50 лет. Есть в ее трудовой биографии примечательный след. Работая в молодые годы в городе Чарджоу, она была одной из активных участниц в организации детских подростковых лагерей для трудновоспитуемых детей. Благодаря огромной поддержке и участию руководства Чарджоуского  Госпароходства Туркменистана был создан  лагерь  «Клуб юных моряков».
 

Создание второго подобного лагеря под названием «Сын полка» стало возможным при поддержке одной из воинских частей, расположенных в городе. Быть одной из участниц  организации такого ответственного дела оказалось по плечу юной, хрупкой, еще совсем «зеленой» девушке, но с уже сформировавшимися бойцовской хваткой и волевым характером. По рекомендации Галины Сергеевны подопечных этих лагерей знакомили с историческим памятником Чарджоуской области. Мальчишки с большим удовольствием бегали по развалинам древних крепостей, а затем с интересом слушали историческую правду о них.
    

Галина Сергеевна Мирошникова.
Ашхабад. Фирюза.


Вскоре Галина Сергеевна была переведена в центральный аппарат комсомола. Ее супруг Смирнов Станислав Петрович до последних своих дней преподавал теорию музыки в Туркменской национальной консерватории. Его дети уже долгое время проживают в Израиле.
    

Мой роман с Туркменией начался в 25-летнем возрасте, с тех пор, как я впервые посетила полуостров Крым. Море, горы, парки и дворцы – это Крым.

Началось мое знакомство с Крымом с его столицы Симферополя, датой основания которого считается 1784 год, затем Алуштой – первым большим городом по пути в Ялту. Следующим была Алупка, а затем  Ялта с её памятником архитектуры и истории «Ласточкино гнездо», расположенном на отвесной 40-метровой Авроринской скале мыса Ай-Тодор, с городом Севастополем и его многочисленными военными памятниками. А следующим городом был Бахчисарай с его фонтаном слез. Фонтан расположен на территории ханского дворца (1764 г.). Это место прославлено Пушкиным в поэме «Бахчисарайский фонтан». И имено после Крыма появилась потребность познать свой край.
    

Население Туркмении составляет свыше 6 миллионов человек. Основная часть, почти 80% территории страны, покрыта большой песчаной пустыней Каракумы. Каракумы – одна из самых больших песчаных пустынь мира.
    

Велика по территории Туркмения – 53-я в мире, мала по численности населения. Но богата Туркменская земля. Туркмения обладает вторым по величине газовым месторождением в мире. И тем не мение ее богатство – особого рода. Испокон веков главным богатством земли туркменской считаются и остаются люди – его красивый, трудолюбивый, талантливый народ со своей самобытной культурой, традициями, обычаями, обрядами.
    

Далеко за пределами Туркмении известны некоторые имена философов, натур глубоких, с обширными  познаниями, а так же имена ученых, мудрых отцов средневековья.Большую славу о себе оставил миру уроженец Мерва Али ибн Сахл Раббан (IX век) – философ, врач, математик, автор крупных сочинений. Одно из них – «Рай мудрости» с уклоном медицинской энциклопедии.
    

Также в Мерве в IX веке жил выдающийся математик и астроном Ахмат ибн Абдаллах ал-Мервази по прозвищу «Хабаш-вычислитель». Его открытия в области математики вошли в историю мировой науки. Он первый в мире внес в тригонометрию понятия тангенса и катангенса. Составил таблицу этих двух функций. Его астрономическими таблицами «зиджи» пользовались авторитетные средневековые астрономы.
     

Крупным физиком средневекового Востока считается житель Мерва Абу-л-Фатх Абдуррахман ал-Хазини. Занимался он исследованиями физических свойств воздуха, его веса и плотности. Для определения плотности жидкостей пользовался ареометром собственной конструкции.
    

И таких имен из Мерва много. «Ни один другой город не может похвастаться происхождением такого большого количества ученых, знаменитых и важных людей», – писал о Мерве арабский географ Иакут. Этот центр мировой цивилизации разрушен во время татаро-монгольского нашествия в 1222 году, его уникальное культурное наследие практически не сохранилось.
    

Не один десяток лет я знакома с Халлы (Сона-гуль второе ее имя) Курбановой, которая увлекается туркменским фольклором, эпосом. Она может часами рассказывать о приключениях героя Героглы в переводе «Сын героя» из туркменского эпоса «Героглы».


Этот эпос внесен в список нематериального культурного наследия Туркмении. Сона-гуль без регалий и титулов, умная, статная, благородной внешности; по моему мнению, необычная личность. Она хорошо знает творчество Омара Хайяма, блестяще наизусть читает его рубаи. Многие слышали или читали его уникальные стихи, афоризмы (философские рубаи). Например, простые, но мудрые, наполненые смыслом:
 

         «Не держите обид, ваши обиды кроме вас никому не нужны».
Или
          «Молчанье – щит от многих бед,

           А болтовня всегда во вред,

           Язык у человека мал,

           А сколько жизней он сломал!»


Однако Омар Хайям прежде всего ученый. Когда он оказался на территории Сельджукской империи, исторической части Туркмении, султан Мелик-Шах I назначил Омара Хайяма руководителем дворцовой обсерватории. Именно в эти годы им был разработан солнечный календарь – более точный, чем григорианский. В США и Турции о нём снято несколько биографических фильмов. Его реальная биография полна тайн и загадок.


Сона-гуль знает и рассказывает на туркменском и русском языках множество стихов Туркменских поэтов: Махтумкули (1730-1880-е г.г), национальной гордости туркмен, а также продолжателей наследия Махтумкули – Сейтназара Сейида (1775г.), Курбандурды Зелили (1780г.). В поэзии Махтумкули  как у духовного целителя человеческой души имеются свои философские взгляды на мир, на жизнь, на любовь: к женщине, к матери.

 

Махтумкули Фраги -

туркменский поэт и мыслитель.

Картина худ-ка Айхана Хаджиева, 1947г.


Эти стихи он посвятил  любимой жене, которая рано покинула этот мир:

         «На земле моя Менгли жила,
         Обожгла мне сердце и ушла.
         У меня в груди ее стрела.
         Где она? Какой звезды царица?»


В стране, где я живу, любовь к матери прививают детям с раннего детства. Внук, ученик 2-го класса, в школе читает о матери не только произведения туркменских классиков, но и рассказы, например, советской детской писательницы Зои Вознесенской: «...и сколько бы ни было тебе лет – пять или пятьдесят, тебе всегда нужна мать, ее ласка, ее взгляд. И чем больше твоя любовь к матери, тем радостнее и светлее жизнь...».


Тысячелетия высоко ценятся честь и достоинство туркменской женщины как образец преданности семейному очагу, мудрости, скромности, мастерству.


Геродот – отец истории – рассказал миру о полководческом таланте легендарной  Томарис (Тумар) – царице предков туркмен-массагетов, живших на правом берегу в  прошлом полноводной реки Узбой. Теперь в той реке течет песок, а не вода. По преданию, Тумар была потомком родоначальника закаспийских скифов. Царица массагетов приняла от соотечественников титул верховной правительницы. Астрономы в честь отважной Томарис-Тумар назвали астероид-590, открытый в 1906 году. О героических подвигах этой царицы впервые я услышала от сослуживца Ишана Керимова, кандидата исторических наук. На посиделках во время перерыва по случаю дня рождения кого-либо из сотрудников отдела он выискивал момент просветить нас, вложить в наши слегка помутневшие мозги какую-либо интересную вековую историю.


В честь женщин туркмены строили крепости, мавзолеи. Нет точной даты строительства крепости Кыз-кала  («Девичья крепость»).  Называемые даты имеют тысячелетний разрыв. Возводились мавзолеи Гыз-биби, Парав-биби, Тюрабег-ханым, а также караван-сарай Дая-хатын и другие.


Как в подтверждение поклонению женщине-богине домашнего очага археологи в Туркмении находят тысячи женских статуэток. В честь женщин названы: родовое гнездо Парфянских царей Ниса, древний Мерв – столица государства сельджуков. Женщине посвящаются пословицы и поговорки:
        «Ребенок без отца – сирота, без матери – раб».
Или такая пословица:
       «Без отца остался – плачь долго, без матери – плачь до седины».


Волшебным мелодиям легендарных женщин – бахши посвящена поэма «Состязание» известного писателя Туркмении Керима Курбаннепесова, рассказ «Тринадцатый лад» написан Османом Оде.


Музыка для Туркмен – это жизнь народа в звуках, правдивый рассказ о радостях и страданиях, о чувствах. Именно в ней хранятся древние традиции. Поэтому особым почетом и уважением пользуется пение и игра на дутаре - народных музыкантов–бахши.  Если бахши начинают петь для народа, то поют с пяти - шести часов вечера и заканчивают в восемь - девять утра, делая совсем короткие перерывы. Бахши носят особую одежду, пьют воду, взятую только из своего колодца и пользуются своей посудой. Слушать бахши собираются до двух тысяч человек.


В Дошогузском велаяте у племени йомудов распространено пение с особыми приемами вокального искусства – секдирек: пение с необычно исполняемыми форшлагами, своего рода иканиями, пение напоминает речитатив с частыми выкриками и вздохами.


У соседнего с ними племени чаудыров еще более необычная для европейского уха манера пения – «алкым сес», что означает «петь хриплым голосом». Такие познания я получила от знакомых студенток культурно-просветительного училища города Ашхабада. Они проживали в общежитии, но в дни подготовки к экзаменам им требовалась тишина, чтобы сосредоточиться и не отвлекаться. Такую тишину они находили в моем доме. Особенно она была им нужна в период обработки материала, привозимого ими со студенческих экспедиций. В отдаленных селах студенты по крупицам собирали творческий материал. Затем на магнитофон записывали образцы народного творчества – этнические, фольклорные, которые остались в памяти только у старожилов. Накопленный материал требовалось обработать и систематизировать. Эту работу они тоже делали в моем доме. В те дни, когда девчонки работали у меня, я от них узнавала много чего интересного для себя.


В часы общего чаепития девчонки, перебивая друг друга, мне рассказывали о том, какой каждая из них готовит «сундук невесты». Изучая этническую культуру Туркменского народа, я приходила к интересным выводам о том, что многие современные праздничные обряды, традиции, в том числе и свадебный, сохранились с давних времен. Интересно то, что они со временем приобрели своеобразный священный смысл, превратились в яркий ритуал.
    

Вышедшая замуж молодая девушка по-прежнему приносит с собой в дом свекрови различные подарки и украшения, свадебное приданое «той бугжа». В свадебное приданое иногда входит от шести до одиннадцати подушек и одеял, посуда, которая называется «посудой достатка».
    

Готовятся подарки для свекра, свекрови, для братьев, сестер. Подарки раздаются тогда, когда невеста уже побывала в родительском доме (гайтарма). Иногда раздача подарков длится в течение трех дней.
    

Свекровь, тетушки жениха тоже дарят подарки. Это могут быть как деньги, корова, теленок, так и верблюд. Эти традиции пришли и сохраняются из тысячелетней давности, от предков и продолжаются по сей день. Семья всегда ценится особо, и всё начинается с приданого невесты.


В Туркменистане по-прежнему семья родителей влияет на жизненный путь своего ребенка. У моей подруги Сона-гуль жена сына – музыкальный работник (скрипачка). У 30-летних сына и снохи Сона-гуль подрастают трое детей. Неудивительно, что их  старшая дочь Элина связала свою жизнь со скрипкой. Элине Курбановой в 2016 году исполнилось шесть лет, и именно в этом возрасте она выступила в Георгиевском зале Большого Кремлевского Дворца на IV Международном музыкальном детском фестивале «Мелодика поколений». Элина была самой юной участницей фестиваля за всю его историю. Ученица второго класса Специальной музыкальной школы при Туркменской национальной консерватории в сопровождении Президентского оркестра Российской Федерации исполнила первую часть Концерта N2 А. Комаровского; причем она не имела опыта в совместном выступлении с оркестром. Маленькой скрипачке было дано право выступить «на бис» с  туркменской народной мелодией «Кякилик» («Птичка») в обработке А.Агаджикова.


Скрипачка из Туркменистана Алина Курбанова - участница lV Международного музыкального детского фестиваля "Мелодика поколений",
город Москва, май, 2016 г. 



Элина заслуженно получила аплодисменты, которые перешли в овации. Зрителей поразил талант Элины, ее трогательная  хрупкость, а также прекрасный национальный костюм. Это опубликовано в республиканской газете «Нейтральный Туркменистан» от 1 июня 2016 года.


Создатель и бессменный руководитель вечно юного Туркменского ансамбля юных скрипачей «Мукам» Герольд Иссаакович Неймарк сказал об Элине, что она – девочка-уникум. В 2018 году Геральду Неймарку исполнилось 80 лет, а его детищу, ансамблю юных скрипачей «Мукам» – 40 лет.


Особый интерес к памятникам старины мне привили однокурсницы Роза Губаева и Нелля Казиева. Нелля работала в реставрационной бригаде, а близкий родственник Розы, Алик Губаев, являлся одним из руководителей реставрационных работ памятников Туркменистана.


С подругами я бывала на тех объектах, где они работали. Я брала небольшой отпуск за свой счет и раз-другой вырывалась с ними в поездку. В те времена не было больших возможностей для организации масштабных реставрационных работ, привлечения нужного числа квалифицированных специалистов и рабочих. Реставраторам удавалось сделать совсем немногое.

На привале. Окрестности г.Ташауза. Апрель,1979 год.

Слева 3-я Нелля Казиева (подмастерье реставраторов), 4-я - Галя Наумова.


Не отказывалась от поездок с нами и моя соседка по дому Лилия Токарева. Они ей были полезны как корректору журнала «Памятники Туркменистана». Выпускался журнал  под патронатом Председателя Президиума Верховного Совета ТССР Клычева Аннамухаммеда (1963-1978г.г.). Он любил свое «детище» и повторял: «Без исторической памяти нет будущего».
    

От своих друзей я узнала много интересного, познавательного про сказочный Койтендаг, Плато динозавров, мавзолеи Аллам-берды, Астана-баба и о многих других памятниках, расположенных вдоль маршрута Великого Шелкового пути.
     

В 1979 году мне с друзьями  удалось дважды посетить Ташаузскую область – весной и осенью. В весеннюю поездку отправились своим ходом, на машинах. Поездка оказалось ужасной. Дороги в те годы были некачественные, в выбоинах и ухабах. Кроме того, машины из-за перегруза двигались на малой скорости.


В дорогу мы обеспечили себя продуктами и запасами воды – всего этого в условиях безлюдной пустыни не найти. Эти запасы точно не были лишними. На всём протяжении 1100 км. пути не было придорожных кафе. Также не было ни одной автозаправочной станции, поэтому строго под расчет запаслись горючим.


Машины загрузили по полной. Группа до Ташауза отправилась на трех машинах, одна из которых была грузовая, крытая брезентом. Она имела полукруглый верх для защиты груза, очень напоминала старый цыганский фургон. На брезентовом верху всегда лежал слой серого песка. Кроме того было два УАЗа. Один из УАЗиков – грузо-пассажирский автомобиль повышенной проходимости (внедорожник). Эта серия машин вышла в серийное производство в 1972 году. Второй УАЗ был «старушкой». Удивительно, как он вообще смог выдержать поездку по пескам, по бездорожью – уму непостижимо!


Изначально для меня было ясно, что путешествие – сумасшедшее, но соблазнилась я поездкой в надежде на то, что организаторы покажут нам «Врата Ада». Слово свое они сдержали. По редкому капризу судьбы мне довелось увидеть невероятное. Мы подъехали к зловещему месту. А грузовая машина и старенький УАЗик с некоторыми членами экспедиции последовали дальше до поселка Дарваза, того места, где запланировали общую  встречу, чтобы передохнуть и перекусить.
     

Газовый кратер народом назван «Дверь в преисподню», или «Врата Ада». Находится кратер в 260 км. от Ашхабада. Внедорожник свернул в сторону расположения газового кратера, в центр туркменской пустыни Каракум. Машина ехала по пустынной накатанной дороге, но очень плохой. Километра два пути до кратера мы прошли пешком, так как подъезжать ближе было опасно и страшновато.

 

 




  






Газовый кратер -"Врата Ада"или "Дверь в преисподню"
   Туркменистан, Дарваза.

Котлован не был огорожен, он обдавал жаром, рыхлые края котлована осыпались.
Это интересное, загадочное и таинственное место – дыра в земле, она непрестанно горит: газовый кратер диаметром 60 метров и глубиной 20 метров. По рассказам специалистов, появился он в результате бурения. Геологи наткнулись на пустоту, из-за чего образовалась большая дыра, наполненная газом.
    

Буровая вышка со всем оборудованием и транспортом провалилась в эту дыру. Чтобы вредные для людей и скота газы не выходили наружу, их решили поджечь. Предполагали, что пожар через несколько дней потухнет, но очень ошиблись. Природный газ непрерывно горит днем и ночью с 1971 года.


Мы задерживаться у кратера надолго не стали, необходимо было засветло добраться до  Дарвазы. Руководитель группы дал распоряжение в поселке Дарваза остановиться на ночлег, а затем в 4 утра продолжить путь. Намаявшись за время поездки, я не заметила, как наступило время подъема. Очень рано, оказывается, начинается день у жителей пустыни...


По мягком ковру серой песчаной пыли три автомашины отъехали от места стоянки и, стоя гуськом у края дороги, поджидали начальника, который быстро, почти бегом, оказался у машины. Громко крикнул «Поехали!», захлопнув дверцу кабины. Фамилию, имя, отчество руководителя не оставила в памяти. Мне не пришлось с ним пообщаться. За его простоватой внешностью и заросшей щетиной бородой скрывались знания и огромный опыт.
     

Через несколько часов машины подъехали к старинному колодцу. Вода в этом колодце  была на глубине полутора десятка метров. Где вода – там жизнь. Одно ведро воды  поднималось усилиями всех женщин семейства. Как и в давнюю-давнюю старину, нелегко давалась здесь вода.


Утром рано овцы и верблюды у колодца уже заправлялись драгоценной влагой. Одна верблюдица с наслаждением валялась у колодца в песке. Умные животные, они сами будут пастись. Мужчины-скотоводы и реставраторы были знакомы. По их заказу мы завезли им кое-что необходимое для хозяйства и гостинцы. Хозяйка предложила нам чай, угостила верблюжьим молоком (чалом), традиционным хлебом (чуреком). Но мы торопились, и от чая, к сожалению, пришлось отказаться.


Необходимо было к полудню доехать до крошечного селения, затерянного в центре Каракумов. Следуя дальше, мы лишь изредка видели, как темнели вдали круглые войлочные кибитки чабанов-кочевников, которые временно, оставив свои дома, жили в них с семьями и вели здесь хозяйство. Жизнь меняется, но для скотоводов пустыни она почти неизменна. Люди своей жизнью остаются довольны – были бы овцы, верблюды и...вода. Не зря народ говорит: «Вода – крупица золота».
    

Географы нередко называют пустыню страной контрастов и парадоксов. В ней испокон веков живут кумли – это «люди песков». Своему покровителю легендарному Буркут-баба молятся они в ожидании дождя. В песках дождь – большая, большая редкость.         


Потомственные кумли без каких-либо приборов шестым чувством могут «разглядеть» сквозь толщу песчаника пласт воды, владея тайнами воды. Для того, чтобы выжить в пустыне, людям нужны колодцы. Выкопать их – целое искусство. Строят их кумли ручным способом. И каких их только нет! Есть неглубокие, а есть такие, где глубина колодцев достигает 200 метров и более от поверхности земли. Каракумские колодцы признаны самыми глубокими в мире. Колодцев в Каракумах более двадцати тысяч.


Эти уникальные памятники народному гению являются исторической ценностью и достопримечательностью Каракумов. Сохранились некоторые колодцы с тех времен, когда по территории современного Туркменистана пролегал «Великий Шелковый путь» – символ культурной связи Востока и Запада. Так как караван шел через Среднюю Азию и Индию, до берегов Черного и Средиземного морей, им требовалось по ходу движения строить колодцы. Колодцы, построенные в те далекие времена, и сегодня дают путнику воды напиться. Считается, что строились они китайскими мастерами. В пустыне колодцы являются настоящим чудом. Они получают имена народных мастеров, их создателей. О колодцах я могу писать много, поскольку мой близкий родственник занимался работами по обводнению пастбищ и по долгу службы ему приходилось восстанавливать колодцы, вышедшие из строя. Басмачи, когда они отступали, колодцы умышленно приводили в негодность. Особенно трудно было восстанавливать те, в которые басмачи забрасывали металлические канистры или другие острые, режущие и колющие предметы. Эти предметы ржавели, со временем их засыпало грунтом, они становились опасны для тех мастеров, которые чистили колодцы.
     

Как нами и было запланировано, после кратера мы доехали и остановились в крохотном поселении на несколько семей. Команда  сделала разминку затекших конечностей, сходили девочки направо – мальчики налево, водители дозаправили горючим машины, проверили их на прочность. Впереди ожидала нас длинная, монотонная дорога без остановок до Ташауза.
    

Тихо гудели проверяемые на малых оборотах заведенные моторы машин, им предстоял путь нелегкий и утомительный по очень плохой дороге. Машины шли, раскачиваясь и ныряя по бездорожью, исчезая в туче пыли. В необъятную пустыню летели сизым дымком сотни литров бензина. Впереди – трудный путь с перегруженными машинами.
    

Поездка до города Ташауза оказалась кошмаром кошмарным, эдаким возвращением в прошлое. Дорожное покрытие было (когда-то было покрытие!) всё в выбоинах и ухабах, трясло ужасно. В пути не один раз подумала: «Зачем я согласилась на зто безумное путешествие?» Но в итоге вылазка на экскурсию если и была утомительной, пусть не всегда приятной, но оказалась богатой на события и впечатления. Так даже интереснее.
    

Чем ближе подъезжали к областному городу Дошогуз (Ташауз), тем чаще стали встречаться многочисленные развалины башен, крепостей с толстыми и высокими стенами, с остатками крепостных рвов, со следами древних арыков (каналов). Всё это поражало воображение, необходимо было только включить на полную катушку это воображение, и многое говорило о былом величии прошлых поселений.
    

Филологи установили, что название города Дошогуз происходит от двух слов: «Даш» – «дальний» и «Огуз» – это этническая группа тюрков, проживающих на отдаленных участках. Интересный факт: 5 сентября 1998 года в черте Ташауза упал метеорит Н5.
     

В городе нас приютила старенькая одноэтажная гостиница. В день приезда приводили  себя в порядок, отдыхали после длинного, сложного пути. Через некоторое время в гостиницу вошел угрюмый пожилой шофер. Добродушно ухмыляясь, в своих уставших вытянутых руках он держал дыни-скороспелки. «Смотрите: дыни, большие, желтые и как пахнут!» Кто-то предложил дыньки разрезать: «Ну-ка, давайте их тихо порежием ...за здоровье и окончание утомительной дороги!».


На первый взгляд бригада реставраторов представляла собой хорошо слаженный улей, где каждый знал, что он должен делать, и каждый член коллектива являлся самостоятельной единицей. Специалисты с раннего утра разъехались кто куда: одни – на прием к руководству областной и районной администрации, другие занялись наймом рабочих, кое-кто поехал сразу на объект, остальных тоже ждали важные дела.


Реставрация охватывает несколько видов работ: консервацию, саму реставрацию, ремонт и реконструкцию объекта и другие работы. В планы группы, с которой я приехала, входили работы по подготовке к консервации памятников, которые в скором времени не планировалось восстанавливать. Требовалось осторожное вмешательство в объекты старины. Прежде чем начать работу над объектом, необходимо было провести  исследовательские, технические, химико-биологические, архитектурные изыскания. Требовалось решить вопросы по согласованию и оформлению некоторых документов, по проведению классификации исторического наследия.
    

На «нашем» объекте уже велись работы по усилению основания действующего фундамента: в нем заполнялись под давлением пустоты, устанавливались сваи. Рабочие говорили: «Трещинам делаем инъекции, оказываем скорую помощь». Где требовалось, там проводилась кирпичная кладка новым кирпичом. Очень важно было замедлить разрушение памятников и не навредить им.
     

Мы с Лилей Токаревой приехали на объект к обеду. Я смогла пройти к нему только часть пути, так как меня охватил страх: кругом были заброшенные древние захоронения. Идти надо было по сильно заросшей, кочковатой почве, из которой торчал грубый зеленый кустарник вперемежку с многолетним сухим колючим и гниющим кустарником. Куда можно наступать – не видно, много ям, не исключена опасность в какую-либо из них провалиться. На правах хозяев по ногам сновали ящерки. В таких местах, как правило, водятся змеи.


Я с опаской вернулась к машине. Лиля отважно прошла вперед. Она получила задание от руководства газеты «Совет Туркменистаны» из поездки привезти фотографии и статью. Перед возвращением в гостиницу мы побродили по базару «Бай-базар», где царило восточное изобилие. Не увидев ничего больше интересного, на второй день мы вернулись в Ашхабад. По прилете Лилия сдала материал в номер газеты.
    

После нашего отъезда руководство экспедиции приняло решение территорию, прилегающую к объекту, привести в порядок. Для этого они обратились за помощью к областному и районному отделам культуры. Народ придавал этому месту особое значение, люди откликнулись на призыв провести воскресник. Предприятия выделили машины и технику. Народ подъезжал с лопатами, граблями, вилами. Территорию в короткий срок привели в порядок.
     

Вторая моя поездка в город Ташауз состоялась также в 1979 году, но уже в осенний период. Я приняла приглашение на поездку в узбекский средневековый город Хиву. Экскурсию в Узбекистан организовало руководство экспедиции для работающих у них  женщин. Прилетела я на этот раз в Ташауз самолетом.
      

Город Хива поистине уникален, настоящий город-музей. Мы в него попали как в  восточную сказку. Он был удобен для осмотра, большинство памятников старины находилось в самом городе, внутри крепости Ичан-Кала, за 10-метровыми стенами. Памятники истории так тесно расположены друг к другу, что мы попадали из дворца XIX века сразу в мечеть XVII века. В городе-музее под открытым небом улицы были приспособлены только для пеших прогулок, настолько они узкие. Мы попали в зазеркалье. В городе, который построен в средние века, живут современной жизнью люди XXI века.
    

На территории в 26 гектаров хорошо сохранилось более 60 памятников, которые имеют как историческую, так и эстетическую ценность. У нас сложилось мнение, что город заслуженно претендует на звание «восьмое чудо света». Душа наполнялась мощью и величием от этих мест.   

Нам предложили провести экскурсию по улицам средневекового города-музея на «кораблях пустыни» – дрессированных, но по-прежнему гордых и своенравных верблюдах. Мы хором, как сговорились, единогласно отказались от столь экзотического тура. Я не могла себя представить всадником, плывущим по узким улочкам древнего города. К тому же вид у верблюдов был унылый и малосимпатичный. Неприятно, когда верблюд оскаливается; еще страшнее, когда ты на нем поднимаешся. Как разгадать, что у этого интеллигентного «флегмата» на уме? Оказывается, ходить караваном – у верблюдов не врожденная особенность. Прежде чем они пойдут стройным рядом, приходится серьезно постараться.

 

Галя Наумова

пытается  оседлать"корабля пустыни".

Хива - город музей. Октябрь, 1979 год.


Когда мы проезжали по проселочной дороге мимо хивинских частных жилых строений, меня поразил один факт, вовсе не исторический. Внимание мое привлекло то, что практически в каждом дворе жилого дома виднелись лимонарии с вечно зелеными деревьями, с плодами цитрусовых растений – желтых лимонов. В 1979 году в городе Ашхабаде лимоны дефицитом не являлись, однако их изобилия тоже не наблюдалось.  Было удивительно и приятно, что люди разводят во дворах эти полезные растения. Известно, что олива – символ мира, лавр – символ славы. В испанском фольклоре лимон – символ горькой, обманутой любви. И каждый знает лимон как полезный плод.
      

Расстояние между узбекским городом Хива и туркменским городом Ташауз – около 70 километров. Город Хива со средних веков по сей день остался целым и невредимым, в то время как исторические ценности Ташаузской области практически не сохранились. По народной легенде, виной тому была безответная любовная история. История же научная говорит о том, что правители туркменских городов Ташауз (сердца Востока) и древнего Куня-Ургенча (бывшей  столицы Хорезма) не покорились Чингизхану. Монгольские войска превратили эти города в руины. После того, как они освободились от монгольского ига, города захватывает Тамерлан, после чего (в XVII веке) города Ташауз и Куня-Ургенч приходят в упадок окончательно.
    

До наших дней в Куня-Ургенче среди немногих сохранился мавзолей Иль-Аслан, построенный более 700 лет тому назад. Это уникальное строение имеет удивительные и совершенные формы. В этих местах  находится самый изящный и красивый памятник – мавзолей, где захоронена Тюрабек-Ханым – жена хорезмского наместника, которая была еще и дочерью хана Золотой Орды. Огромный купол над мавзолеем – один из совершеннейших куполов всей Средней Азии. Мавзолей удивляет многоцветием орнаментов и роскошью внутреннего убранства. Его куполу проведена качественная реставрация.


В неплохом состоянии остается Минарет Кутлуг-Тимур (примерно XII век) – один из самых высоких минаретов в мире из числа сохранившихся средневековых сооружений. Его высота 60 метров, диаметр у основания 12 метров, на самом верху – примерно два метра. Внутри него идет винтовая лестница в 145 ступеней. Кутлуг-Тимур являлся правителем древнего Куня-Ургенча, хорезмским наместником и мужем Тюрабек-Ханым.


Минарет Кутлуг-Тимур, один из самых высоких минаретов в мире из числа сохранившихся.
Туркменистан. Куня-Ургенч.


В этрапе (районе) Героглы, этой же области, родился выдающийся туркменский ученый Мыхмыт Замахшары (1075г), известный как энциклопедист, философ и литератор XI-XII веков, автор примерно 60 произведений, научных трактатов. 


Здесь же имеется знаменитая крепость Измукшир. При взгляде на фрагменты крепости видно, как жители защищали свое поселение от монгольских войск.

    

Крепость Измукшир - по отдельным фрагментам можно судить, как жители защищали свое поселение. Туркменистан, Куня-Ургенч.

В Дошогузском велаяте (современное название) имеется много памятников старины, но большинство из них в те годы было в плачевном состоянии. У многих сохранились либо фрагменты, либо руины, и все они находятся на большом расстоянии друг от друга и населенных пунктов.
      

Реставрация – дело не из дешевых. В те годы не вкладывали в ремонт памятников старины свои средства частные инвесторы, меценаты, спонсоры и благотворители. В  адрес реставраторов нередко высказывалась критика, якобы они не понимают или не поняли намерений архитектора либо художника. Такие споры бесконечны.
      

В 2000-е годы в рабочие дни во время перерыва на обед я, благодарная слушательница, и  Пыштиева Язгуль Шамурадовна, хороший рассказчик, выкраивали минут тридцать для того, чтобы выйти погулять, подышать свежим воздухом у знаменитого памятника В.И Ленину в Ленинском сквере города Ашхабада. Язгуль Шамурадовна в этот короткий промежуток времени успевала рассказать мне какую-либо историю о древнем Туркменистане. Знала она таких историй множество.

 

Пыштиева Язгуль Шамурадовна с внуком - депутат меджлиса первого созыва 1994-1999


Это и неудивительно, ведь ее отец  являлся доктором исторических наук, академиком Академии наук Туркменской ССР, Председателем Верховного Совета Туркменской ССР (1959-1969 г.г.), депутатом четырех созывов Верховного Совета ТССР. К великому своему стыду, я не знала и не догадывалась, насколько именит был ее отец, о его заслугах я узнала много, много позже. Масштаб ее отца поняла только на официальной церемонии прощания с ним.

От Язгуль Шамурадовны впервые услышала истории о памятных местах знаменитого Куня-Ургенча.


Исторические источники говорят о том, что жизнь на территории Туркменистана зародилась в эпоху раннего палеолита – периода каменного века. В восточном Прикаспии находится известный многим специалистам и не только им грот Джебел. Обнаруженные там находки подтверждают их принадлежность к периоду неолита. В этих местах находится и пещерный комплекс Екедекши, построенный до нашей эры. В горах Большой Балхан обнаружена стоянка Кайлю, в которой Алексей Павлович Окладников, археолог- специалист по истории первобытного общества, в 1949-1950 годах нашел многослойный археологический памятник эпохи мозолита, неолита и начала бронзового века.
    

На юге пустыни Каракум раскопаны огромные городища, занесенные песчаными холмами, так называемые «столицы песков». Это неолетические поселения: Улуг-Депе, Намазга-Депе и Алтын-Депе. Они все относятся к эпохе позднего, нового каменного века. В Европе такие поселения встречаются крайне редко.
      

Считается,что в доисторические времена территория Туркмении была населена неандертальцами. Рядом со следами динозавров были обнаружены следы каких-то иных якобы «человекоподобных» существ. Происхождение найденых отпечатков вблизи со следами динозавров до сих пор остаются загадкой. Отпечатки следов динозавра обнаружены вблизи селения Гаурдаг (Лебапский велаят).


Эту сенсацию сообщила в 1983 году газета «Moscow Newz», номер 24, с.10. Новость прозвучала и в программе «Время», вошла в сводку ТАСС. Зафиксировала окаменевшие «человеческие следы» третья экспедиция Института геологии АН ТССР. Всего таких следов обнаружено шесть. По современным представлениям динозавры вымерли около 65 миллионов лет тому назад. Считается, что если странные следы и вправду оставлены нашими предками, то теория эволюции может быть опровергнута раз и навсегда. Происхождение найденых отпечатков «человекообразных существ» рядом с отпечатками следов динозавров до сих пор остается загадкой.
    

В Туркменистане – самая длинная тропа динозавров. Зафиксированы 31 тропа и около 3000 хорошо сохранившихся следов. Подобные следы находились в Узбекистане, Таджикестане, Китае и США. Но такого количества отпечатков следов динозавров, сосредоточенных в одном месте, на планете нигде больше не обнаружено. До их  открытия в Туркмении самой длинной в мире считалась тропа в Португалии – 147 метров. В Туркмении самые длинные из троп – 195 м, 226 м. и 331 метр, что является мировым рекордом. По 26 тропам из 31 передвигались легалозавры – самые большие из всех известных. Обнаружены следы и меньших по размеру динозавров – они трехпалые, их на плато большинство.


   Следы динозавров - зафиксирована 31 тропа, 3000 следов.
Туркменистан. Гаурдак, горы Койтендаг.


Само плато находится в горах Койтендаг на высоте 1500 метров. Мир впервые узнал об этих уникальных местах в 1980 году как о самом большом «хранилище» динозавров. Рассказывают, что около 150 миллионов лет назад, еще в Юрский период, здесь было дно лагуны, по которой ходили огромные динозавры. Вода отступила, дно высохло, обнажился участок со следами доисторических животных. Открылось чудо палеонтологии.

      

С 1955 года мой отец некоторое время работал в этих местах, был переведен в Чаршангинский район (Койтендагский этап). Мы, дети, приезжали к нему на каникулы весной, когда горы расцветали. Весна в наших краях ранняя – это самое радостное время года, время пробуждения и обновления природы. В эти красивейшие места к отцу  наведывались и друзья с семьями. Мы выезжали в горы, видимо, были и на Плато динозавров. В те годы точно не знали, чьи это следы. Я помню, что в эти «лапы» наливала воду, а детям говорила: «Не пейте  воду из копытца, слонятами станете!». Народ  думал, что это следы диких слонов. Плато находится в трех километрах юго-западнее горного селения Ходжапиль, что в переводе с туркменского означает «святые слоны». По местной легенде, отпечатки конечностей динозавров считались следами слонов войска Александра Македонского.
     

Мне не было дела до этих углублений.Хотелось побегать, цветы пособирать, веночки поплести. Цветов было видимо-невидимо, море. Весной очень красива и разнообразна природа в горах. Покоряют контрастные краски. Если зима удавалась теплая, мягкая, в горах первыми уже в феврале начинали распускаться первоцветы. В начале апреля на плоскогорье появлялись поля алых маков, желтой пижмы, ириса, а на холмах – тюльпаны.



     Маковое поле в предгорьях Копет-Дага.
     Туркменистан, 2018 год.

Радовала глаз красота ярких диких тюльпанов – красных, кремово-желтых, нежно белых с желтым основанием.Тюльпаны растут одиночно, изредка – небольшими группами. Флора страны насчитывает 16 видов тюльпанов. Все они занесены в Красную книгу Туркменистана. Встречаются заросли изысканых кустарников живописного тамариска – растения редкой выносливости. Такое буйство цвета бывает только весной. Дальше южное солнце сжигает всё это великолепие.
    

Здесь же, на склоне хребта Кугитангтау, находится другой уникальный памятник природы – Карлюкские пещеры. Нет им равных в Евразии. В них зарегистрировано около 60 пещер протяженностью более 50 км. с галереями, ходами и лабиринтами. По пути следования в пещерах встречаются сталагтиты и сталагмиты. Многие пещеры еще не изучены. Великолепие подземелий создавалось природой не одну тысячу лет. Я слышала про Кугитангские разнообразные природные красоты, но серьезно к ним проявила интерес после посещения Крыма в 1970 году, когда побывала в пещерах Ай-Петри и других исторических местах.


В 2013 году осенью в Туркменистане побывала делегация Национального географического общества США. В ее составе были научно-исследовательская группа и съемочная бригада. Ими был создан фильм об исторических и природных местах Туркмении, в том числе о Плато динозавров. Зрители по всему миру смогли узнать о чудесах далекой среднеазиатской страны.
      

Увы, как же время скоротечно, беспощадно, пролетает незаметно! Оглянулся – тебе уже не сорок и не ... К ужасу, по мере взросления ход времени ускоряется. У каждого человека наступает тот день, когда он получает юридическое право дальше не работать. Эта дата воспринимается по-разному: кто-то с облегчением – отстрадал; кто-то с сожалением – а что делать дальше? От такой перспективы я не пришла в отчаяние. О том, чтобы выехать в отпуск за пределы республики, не могло быть и речи. К этому времени визовый режим стал камнем преткновения. Но жизнь не рухнула: поддержала мудрая, верная Сона-гуль, она предложила искать новое занятие. Вскоре пригласила меня в первую поездку с нею по святым местам. Без долгих раздумий я приняла ее приглашение. Мы наметили посещение старинных мавзолеев и святых мест. Сона-гуль с возрастом стала активной паломницей. Благо она сама за рулем. Первой достопримечательностью, которой мы нанесли визит, было святое место Шабли-баба – это целый ритуальный комплекс Шывлан. Находится он в Сумбарской долине Балканского велаята. Ежедневно в эти места приезжают паломники, особенно по пятницам. Они совершают зиярат – молитву и поминальную трапезу после жертвоприношения – садака.


 

Шибли-баба или, как его еще называют, Шывлан - целый ритуальный комплекс, сложившийся у подножия горы Сюнт-Хасар. Туркменистан, Балканский велаят.

 

Считается, что живописный уголок природы имеет магическую силу. На ветках священных деревьев люди оставляют повязки – загадывают желания, просьбы. Природная необычность Шывлана – это нависающий высокий горный склон, заросший темным лишайником. Пребывание в районе святыни целебно для психики.
     

У туркмен, благополучно переживших период антирелигиозной кампании, вошло в традицию создавать современные постройки для садака и ночлега паломников. В тех населенных пунктах, где мы с Сона-гуль делали остановку, у нее были родственники либо хорошие друзья. Нам был готов и кров, и стол. Сона-гуль училась в Донецком торговом институте, куда поступала слабо владея русским языком, а вернулась со знанием русского и украинского. Она выросла в большой семье, имеет четверых братьев и четырех сестер. В этой крепкой семье все дети выросли достойными людьми. 
     

Следующим местом нашего посещения был мавзолей в Лебапском велаяте (области), где я родилась. Каждому жителю велаята известно имя Астана-баба. Легенда говорит, что  «он мог повернуть реку вспять». Другая легенда говорит о том, что у правителя Хорасана  была дочь по имени Зувейда. После свадьбы молодая женщина умерла. Отец велел построить на месте ее упокоения роскошный мавзолей, но постройка сразу рухнула, мавзолей разрушался еще дважды. По совету Астана-баба при строительстве мавзолея в третий раз к местной глине примешали глину, привезенную из святыни всех мусульман, а в колодец подлили воды из Мекки. Вода в колодце и сегодня считается целебной. Это место популярно у народа как исцеляющее от болезней. Мавзолею более пяти веков.


В следующую поездку мы посетили место погребения святого Ак-Ишана, это в 100 км от Ашхабада, в песках. Приехали, когда жаркое солнце было в зените; погода  безветренная, тихая, был полнейший штиль. Мы прошли необходимый ритуал, затем я подошла к месту погребения святого, положила денежку в качестве жертвоприношения. Совершенно неожиданно поднялся ветер. Мою денежку унесло ветром в сторону скопления народа. Денежка покрутилась, покрутилась и легла на землю, мальчишки пытались ее поймать, но она опять улетела вверх. И так играла несколько раз. Ветром подхваченная, улетала, а затем опускалась на землю. Поймали «игрунью» только тогда, когда в ее поимку вовлеклась старшая молодежь, появился азарт, кто быстрее поймает «беглянку».


Место погребения святого Ак-Ишана, Туркменистан


Всё действо происходило в полной тишине, с долей оцепенения, с вопросительным изумлением и растерянностью на лицах присутствующих. К тому же я была единственная не мусульманка, выглядела инопланетянкой, да еще этот случай, что  святой не принял мой дар, привлек ко мне дополнительное внимание. Примечательно то, что ветер был только там, где летала денежка. Этот знак вселил в меня суеверный страх и отбил желание посещать святые места. В дальнейшем я принимала приглашения только на поездки по памятным местам. Но в этом я, конечно, ошибалась, так как почти  все памятники старины для народа являются святыми если не в прямом, то в переносном смысле – обязательно.
       

Средние века – эпоха возникновения и расцвета мировых религий. Философия становится служанкой теологии: таково мнение образованных кругов среднего века.
Большинство ученых того времени являлось представителями духовенства, а мавзолеи, минареты – очагами ее культуры.
       

По истечении нескольких тысячелетий сохранились останки первых государств Средней Азии. Это уникальные достопримечательности Туркменистана:  Мерв – один из древнейших государств, Серахс – в прошлом цветущий город на заменитом Шелковом пути, Куня-Ургенч – место, где сосредоточены мусульманские святыни. Эти памятники истории  поражают воображение не только красотой архитектуры, своим возрастом, но и богатой историей. Это и город Ниса – столица, сердце Парфянского царства, основанного в III в. до н.э. Руины его состоят из парфянского города, царской крепости и храмовых построек. Царская крепость некоторое время являлась местом погребения парфянских царей и членов правящей династии. Площадь городища – 17 гектаров.

            

О былом величии Нисы говорят редкие находки. Самыми известные из них: статуя Родогуны, дочери аршанского государя Митридата, и статуя восточной богини, многочисленные рогообразные сосуды (ритоны), документы, написанные арамейским письмом на парфянском языке, и многое другое. Все находки выставлены в главном музее Туркмении. Город Ниса после его завоевания  монголами в 1222 г.был ими разграблен и всеми  забыт.



Мраморная статуя Родогуны -

дочери парфянского царя Митридата II,

прославившаяся своей отвагой.


С этого времени Парфянское царство приходит в упадок. Кроме того столица  государства город-крепость Ниса был опустошен после разрушительного землетрясения. Ниса с 1820 года представляет собой развалины.
    

Повторилось разрушительное землетрясение в Туркменистане в 1948 году. Столица Туркменский ССР город Ашхабад также был превращен в руины. Подробнее об Ашхабадской трагедии можно прочитать в книге руководителя сайта «Воспоминания» Михаила Гольдштейна. Книга содержит два произведения, одно из которых, повесть «Землетрясение», была представлена в 2017 году на международный конкурс «Открытая Евразия» в Лондоне. Повесть «Землетрение» вошла в шорт-лист конкурса, а уважаемый Михаил Гольдштейн отмечен сертификатом победителя. Чтобы приобрести книгу, достаточно связаться с автором по электронной почте:

mig 1941@narod.ru.     Читатели получат здесь много интересной информации.

Книга воспоминаний Михаила Гольдштейна и сертификат  победителя международного литературного конкурса "Открытая Евразия".


Возвращаюсь вновь к городу Ниса. В 1946-1960 годах в Нисе проводились раскопки под руководством Михаила Евгеньевича Массона – патриарха советской археологической науки, доктора археологии, профессора.


В 2007 году Парфянская крепость была внесена в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Развалины памятников поражают своим величием. Накануне Ашхабадского землетрясения 5 октября 1948 года при работах в Нисе  вскрылся слой, в котором находилось большое количество фрагментов из слоновой кости. В этот день, когда работы прекратились, находки оставили на месте под слоем земли, дабы уберечь их от воздействия солнечных лучей. С открытой поверхности слоновой кости, пролежавшей в земле более двух тысяч лет, быстро испаряется влага, что делает кость трухой. Она не выдерживает прикосновения кисточки, легкого дуновения воздуха.

Раскопки в Старой Нисе - столице Парфянского государства под Ашхабадом.


Намечалось возобновить работы на следующий день. Но этого не случилось из-за разрушительного землетрясения в Ашхабаде. На период восстановления столицы эта находка была законсервирована. Когда группа М.Е.Массона возобновила работу в Нисе, было вскрыто 50 образцов из слоновой кости, которые называются ритонами. М.Е.Массон обратился за помощью к реставраторам из Государственного Эрмитажа в Ленинграде. Ими была проведена сложнейшия, трудоемкая научно-художественная реставрация по сохранению ритонов. Ритоны из Нисы изучаются учеными всего мира. Некоторые из найденых хранятся в музеях Москвы и Санкт-Петербурга.


В Московском Государственном музее Востока находятся четыре ритона из Нисы. Эти ритоны побывали в экспозиции одного из крупнейших музеев мира – Метрополитен-музей в Нью-Иорке. В этом музее большое число таких сосудов из серебра и золота, но таких, как из Нисы, там нет. Ритоны из Нисы были интересны публике. Один из них также с большим успехом участвовал в выставках в Германии, Испании и в Австрии. Об этом написал заместитель директора по научной работе Московского музея Востока Тигран Мкртычев. Он считает, что туркменистанцы могут гордиться наличием в культурном наследии своей страны таких сосудов. Специалисты говорят, что обладать таким сосудом в те годы – это как владеть хорошим автомобилем сегодня.


Академик - легенда археологии Г.А. Пугаченкова написала диссертацию на соискание ученой степени доктора искусствоведения на тему «Пути развития архитектуры южного Туркменистана поры рабовладения и феодализма». Возникает вопрос относительно рабовладения. Почти до 80-х годов XIX века в Туркмении существовало патриархальное рабство. Все туркмены делились на «чистокровных» и рабов и рабынь (наложниц). Мы остаемся рабами, но рабами Божьими. Если верить,что история повторяется по спирали и еще раз  включить фантазию, то на ум может прийти мысль. Не случилось бы трагикомедии.
     

Патриарх археологии востоковед, доктор исторических наук, почетный академик Академии наук ТССР (эти титулы и регалии еще не все!) В.И.Сарианиди с 1949 по 1954 годы проводил важнейшие раскопки в Нисе и Мерве. Для сведения: он работал в Бактрии и Маргиане, это современные территории Афганистана и Туркмении. На севере современного Афганистана в 1978 году нашел семь царских захоронений первого века до н.э. в Тилля-тепе. Он открыл также захоронения царей Кушанской империи. В этих захоронениях было обнаружено 20 тысяч золотых предметов – так называемое «Бактрийское золото».
    

Открытие в Афганистане поставило Виктора Сарианиди в один ряд с известными археологами – Генрихом Шлиманом (открывшим сокровища царя Приама в Трое) и Говардом Картером (нашедшим сокровища Тутанхамона). Коллеги его называли человеком - глыбой, «Львом Каракумов». По инициативе В.Сарианиди была создана Южно-Туркменская Археологическая комплексная экспедиция – ЮТАКЭ.


    

В.И.Сарианиде - патриарх археологии, почетный академик АН ТССР.

В годы независимости Туркменистана ученые под руководством В.И.Сарианиди открыли столицу древнего государства Маргианы. В.И.Сарианиди проводил раскопки древней Маргианы, так называется страна Маргуш, которая была расположена вдоль старого русла реки Мургаб, в местах, в прошлом богатых водой. И он доказал, что здесь четыре тысячи лет назад существовало большое государство.


В 2018 году в городах Федеративной Республики Германии была проведена выставка под названием «Маргиана – царство бронзового века на территории Туркменистана». На выставке показали богатейшую коллекцию предметов, созданных мастерами бронзового века. Среди этих ценностей печати и амулеты, предметы обихода, орудия труда, изделия из камня, кости, керамики и металла, в том числе бронзы, серебра, а также из золота.
     

Несмотря на то, что в те древние времена отсутствовали технические приспособления и инструменты, поражает искусность исполнения и отшлифованность, тщательная обработка изделий, найденных в стране Маргуш.
     

Пустыня отдает свои дары за долгий труд, большое мужество. Только упорный труд многих поколений приносит победу над жестокой природой. Несмотря на то, что Сарианиди имел международное признание, его вывели из штатного состава организации, где он числился научным сотрудником.


Не все сооружения среднего века в Туркменистане сохранились для потомков. В самом центре города Ашхабада, по ул. Шевченко, возвышалось солидное по размерам средневековое городище, в народе именуемое Горкой. Исчезнувший Холм Горка – самый древний исторический памятник старины Ашхабада. Древняя цитадель была возведена во времена расцвета Парфянского царства. Со временем неподалеку возникло поселение. Отсюда с 1881 года и начал свое развитие Ашхабад в качестве приграничного военного укрепления административного центра Закаспийской области. В те времена город именовался Полторацком. Холм Горка в начале 60-х годов, как я читала, был любимым местом отдыха горожан. Какое-то время на Горке даже работал пивбар. Посетители сидели как бы в «кабинетах», образованных кустами густо разросшегося высокого растения.
    

В период перестройки у Туркменского фонда культуры возникла интересная идея обустройства Горки как исторического объекта. Однако после распада СССР от этих планов пришлось отказаться. В годы перестройки и суверенитета Горку, как и другие строения, выходящие на главные улицы Ашхабада, решено было реконструировать. Однако в 1997 году последовало распоряжение убрать «эту кучу земли», которая контрастировала со сверканием мрамора и никеля соседних зданий. Робкие попытки археологов, в том числе заведующего отделом археологии АН Туркменистана Егена Атакаррыева, объяснить историческую значимость объекта  изменить ничего не смогли.


Холм "Горка" - исчезнувший памятник средневековья в г. Ашхабаде, древняя цитадель, возведенная во времена расцвета Парфянского царства.


Четыре экскаватора и десятки самосвалов беспрерывно трудились около месяца над тем, чтобы успеть выполнить распоряжение к указанному сроку. Сотрудники находящегося через дорогу Историко-этнографического музея перетаскивали к себе найденные на Горке наиболее интересные экспонаты. Но это была капля в море. Основная часть экспонатов погибла под ковшом экскаваторов. А главное – это то, что на глазах всего города погиб уникальный для его истории памятник. Эту историю про памятную для каждого ашхабадца Холм Горку я записала из воспоминаний этнографа Сергея Демидова. Выпускником МГУ прибыл он в Ашхабад летом 1959 года. Это о нём написаны строки: «Ветры романтики, очарование Востоком увели его в эти края ни много, ни мало на тридцать восемь лет».


Долгие годы у меня были  приятельские отношения с Фаиной Адыковой, ее муж  Курбан являлся кандидатом исторических наук. По словам Фаины, со школьных лет перед Курбаном не стоял вопрос кем быть. Он считал, что будет исследователем прошлого, это круто и сложно. Понимал: если принял такой стиль жизни, он должен быть готов ко многим трудностям, необходимости терпеливо заниматься рутиной, мелочами, соглашаться с некомфортными условиями работы в полевых условиях. У них, у археологов, часто всё идет не так, как задумано. Результаты целого сезона могут и не быть видны. В этой профессии хорошо быть остроумным и оптимистом, без этого трудно ужиться в разношерстном коллективе, их нередко называют чудаками.
    

Адыков Курбан работал в экспедициях под руководством уважаемых ученых археологов, фамилии и титулы которых я выше упомянула. Фаина была молодой женой, но энергичной, умелой, гостеприимной хозяйкой. Как хозяйка она покоряла своим радушием и вкусными угощениями. Археологи вечера часто проводили в их доме. Финский дом Адыковых – непримечательный, но вместительный, с тенистым двором. Специально для коллективных встреч был сколочен длинный стол и скамейки. Фаина к приезду гостей  варила, жарила, пекла, солила, подготавливала мясо на шашлыки. Готовить она умела и очень любила. Кроме того, была заводной, остроумной хохотушкой. Рядом с ней находиться было весело и интересно. В те годы у Адыковых было трое несовершеннолетних детей. В том доме продолжает сейчас жить внук со своими детьми.


По воспоминаниям Фаины Ходжалиевны, археологи на отдыхе не говорили о работе, а больше о текущих делах, житие-бытие, рассказывали притчи, шутили, вспоминали ушедших друзей, ученых. Общались просто, доступно, казалось, во многом оставались  неприхотливыми. Однако некоторые из них были гурманы, например, Сарианиди. Он знал кухню многих народов и нередко говорил на эту тему. А вообще все вместе, вне работы,  любили хорошее культурное застолье. К концу 2018 года у Фаины Ходжалиевны Адыковой не стало сил жить дальше.     


Фаина Ходжалиевна Адыкова

Январь, 2018г.


В Туркменистане продолжаются работы по раскопкам. Открываются всё новые и новые тайны и загадки старины в ее недрах. Раскопки ведутся постоянно. Работают ученые России, США, Италии, Франции и других стран.
    

Крупнейшими учеными - археологами  бывшего Союза, из тех, кто принимал участие в раскопках на территории Туркменистана, были также В.Массон (сын М.Е.Массона), А.М.Белецкий, В.Н.Пилипко, А.А.Марущенко, Б.А.Куфтин, Г.Лисицына,  С.А.Ершов и  другие ученые.


Туркменский народ чтит их имена с огромной благодарностью. Учеными проделана огромная научная работа, которая открыла правду о древнейших исторических и культурных корнях Туркменского  народа. Туркменистанцы гордятся наличием культурного наследия.
    

В моем воспоминании названы те исторические рукотворные памятники истории Туркменистана, которые мне удалось посетить самой. Древних памятных мест в стране гораздо больше, и многие из них имеют богатую историю.


Действительно, в нашей  республике много удивительного и интересного не только для нас, людей, привыкших к местным стандартам, к нашему образу жизни. Кому-то иная эмоциональная, социальная психология даже может показаться странной, а иногда и вовсе непонятной, потому и притягательной особенно для народов Европы и жителей других континентов и стран.

  Ашхабад. Март 2019 г.

 





<< Назад | Прочтено: 38 | Автор: Долгова (Наумова) Г. |



Комментарии (0)
  • Уважаемые посетители, в связи с частым нарушением правил добавления комментариев нашими гостями, мы вынуждены оставить эту возможность только для зарегистрированных пользователей.


    Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи портала.

    Войти >>

Удалить комментарий?


Внимание: Все ответы на этот комментарий, будут также удалены!

Авторы