RC

Прошлое - родина души человека (Генрих Гейне)

Login

Passwort oder Login falsch

Geben Sie Ihre E-Mail an, die Sie bei der Registrierung angegeben haben und wir senden Ihnen ein neues Passwort zu.



 Mit dem Konto aus den sozialen Netzwerken


Menu Menu

Темы


Memories

Владимир АВЦЕН


ЗРИМЫЙ ПРОЧНЫЙ СЛЕД


«Именно от вас, Эммануил Маркович,

идёт в науке гуманная ветвь иммунологии,

прозванная в народе «Клиническая Эммануилология»

(А.Н.Чередеев, президент РНОИ).

«Профессор Коган со своими учениками сделал

важное открытие, которое у нас по понятным

причинам не фиксировалось. Это – идеология

радиационного гидролиза воды в постчернобыльский

период» (А.Г.Румянцев, президент РАМН).

«Как одинокий мамонт возвышалось

воздвигнутое среди пустырей детище

Э.М.Когана – новая ЦНИЛ»

(Р.В.Петров, вице-президент РАН).

«То, что у нас сегодня такая потрясающая

иммунология, что есть биофизика

и биохимия – это его заслуга. Он сделал

чрезвычайно много для медицинской науки.

Перед нами великий человек!»

(Ю.А.Владимиров, академик РАМН).

«Самое удивительное,

что всё это – правда!»

(Реплика из зала).

 

По пятницам у Когана

С профессором Коганом, перед которым снимают шляпы видные академики, меня познакомил лет десять назад фотограф Валерий Гольшейдер: попросил помочь своему старшему другу в подготовке книги стихов его любимой тяжело больной жены Инны Черновой. Помню, как при первой встрече с Эммануилом Марковичем мой внутренний голос вопросил: «И этому человеку восемьдесят пять?!» Молодым и энергичным он оставался ещё многие годы: легко вальсировал с дамами на всевозможных вечерах, проникновенно пел фронтовые песни, блестяще читал стихи Симонова. А как страстно, с каким юмором под овации зала выступал он в Москве перед студентами-медиками и своими неизменно «удивительными», «замечательными», «гениальными» коллегами, не преминув попенять властям на недостаточное внимание к любимой им науке…


Общительный, доброжелательный, щедро дарящий тепло окружающим, он после смерти жены жил с чувством непреходящего одиночества. Поэтому так жаждал общения, радовался, как ребёнок, любому телефонному звонку и каждому гостю в его квартире. По настоянию Эммануила Марковича мы с Валерой сделались постоянными участниками его пятничных посиделок с интереснейшими воспоминаниями хозяина, обладателя поразительно цепкой памяти. Разливая по рюмкам свой любимый «Русский стандарт», профессор частенько шутил, что именно регулярные сто грамм, к которым он приобщился на фронте, – там, правда, был спирт из его фельдшерских запасов, – улучшили его плохую наследственность (все мужчины в их роду уходили рано) и сделали долгожителем. Однажды он назовёт нам ещё одну причину, но об этом чуть ниже.

 

Не допит стакан сорокаградусной…

Воспоминания Эммануила Марковича материализовалась в 2011 году в его книгу «Эммануилология. Записки простого профессора». Полистаем главы о войне, оставившей в его душе незаживающую рану.


Он мог запросто сгинуть в мясорубке Второй мировой, как почти все его одноклассники. Но спасибо провидению, которое вело его по жизни: он уцелел и прожил большую, наполненную творчеством жизнь. Он родился в 1923 году в белорусском Гомеле в бедной еврейской семье. Революция дала возможность его отцу овладеть в зрелом возрасте грамотой, окончить Рабочую Академию и в начале 30-х стать заместителем начальника «Мосхлебторга». Так в шесть лет Эмма оказался в столице. Мама видела в нём будущего музыканта, но он с большей охотой посещал после уроков театральную студию в Доме пионеров, а вечерами во дворе до изнеможения сражался в хоккей и в футбол. В последнем так преуспел, что по окончании школы в 1940 году был приглашён играть за московское «Динамо». Но тут провидение призвало на помощь отца. Целую ночь он переубеждал отпрыска, что с его способностями к точным наукам надо не мяч пинать, а поступать в престижную Бауманку (МВТУ). Эмма легко сдал туда экзамены. Года учёбы ему хватило, чтобы в будущем успешно применять полученные знания в деле всей его жизни – научной медицине. А пока что на дворе 41-й, летние каникулы, футбольные баталии и радужные планы на ближайшее завтра.


А завтра была война… Бауманцы получили бронь, но Эмма рвался на фронт, и когда к ним в училище прибыл полковник Ленинградской Военно-медицинской академии, формирующий из желающих курс ускоренного обучения на военных врачей, он, не задумываясь, согласился. А далее Ленинград, пара месяцев учёбы и – блокада.


Вспоминает Э.М.Коган:

«Вместе с сотнями других гражданских мы фактически жили на крышах, где чуть живые от голода и холода боролись с немецкими зажигалками. Невозможно описать муки, которые испытывали мы, получая в день 120 грамм непонятно из чего приготовленного хлеба. Особенно тяжело приходилось детям. Я своими глазами видел, как они в поисках съестного ковырялись в трупах животных и людей... По официальным данным от артобстрелов и бомбардировок в блокаде погибло около 17 тысяч, а от голода скончалось более 600 тысяч человек. Медали «За оборону Ленинграда» и «За освобождение Ленинграда» мне дороже любых моих наград».


В октябре 1942 года поредевший первый курс несостоявшейся академии, для которого служба в Красной Армии началась в июле 41-го, эвакуировали в Новую Ладогу. Некоторые там сразу набросились на еду и умерли в страшных мучениях от заворота кишок. У Эммы хватило силы воли от этого удержаться. Горстку оставшихся в живых отправили в Ашхабад – приходить в себя и заодно учиться в военно-медицинском училище. По его окончании военфельдшер Коган был направлен служить в весьма специфическую воинскую часть…


Вспоминает Э.М.Коган:

«1944 и 1945 годы я провёл на 1-м и 4-м Украинских фронтах в 15-й Краснознамённой ордена Богдана Хмельницкого Винницкой штурмовой бригаде резерва главного командования. Я воевал в батальоне ранцевых огнемётов и, если бы не моя профессия фельдшера, вряд ли б уцелел. Большинство огнемётчиков погибали лютой смертью: по ним, ползущим, немцы открывали шквальный огонь из всех видов оружия, и достаточно было осколку или пуле зацепить баллон с горючим, чтобы он взорвался и человек превратился в факел. Тысячи заживо сгоревших у меня на глазах ребят... Счастье, если кто-то из них был только ранен, тогда я мог вытащить его из-под огня и оказать первую помощь. В наш, по сути, батальон смертников обычно направляли политзэков, пожелавших защищать Родину. Один из них – мой хороший друг, командир роты Андрей Ежов – пришёл 6 февраля 1945 года ко мне в окоп, чтобы поздравить с двадцатидвухлетием. «Я написал стих, – сказал он. – Тебе – подарок». И прочитал:


Не допит стакан сорокаградусной,

Стоит на столе пред тобой.

Чего же ты, друг мой, нерадостный,

Чего ты поник головой..?»


В стихотворении шла речь о боевых буднях, о надежде уцелеть и встретиться после войны. Больше друзья не увиделись… Горящие заживо бойцы – одно из самых мучительных послевоенных видений, много лет лишавших покоя и сна вернувшегося с войны фельдшера.


С сестрой Юлей. Вернулся живым!

 

Обида

Оказавшись по семейным обстоятельствам в Германии, ветеран не переставал удивляться тому уважению, которое неизменно здесь оказывали ему, победителю фашизма. А вот соотечественник однажды нанёс обиду…


Прошел год после выхода книги. Позади – несколько презентаций, добрые отзывы читателей. И вдруг замечаем: что-то гнетёт её автора. Выяснилось, что нашёлся «добрый» человек, который ляпнул, что в его научных успехах он не сомневается, а вот о войне... Кто нынче чего только не болтает – поди, проверь! Слова эти больно ранили ветерана. Мы с Валерой пытались утешить уважаемого профессора тем, что, вспоминая о войне, он нигде не хвастается своими подвигами, а пишет о неисчислимых и неизмеримых страданиях, которые она приносит. А свидетельством тому, как он воевал  – его боевые награды, среди них орден Красной Звезды, который давали исключительно за личный героизм. А он возражал, что как раз в этом сегодня уже мало кто разбирается и припомнил, как во время съёмок о нём в Москве фильма «Боец» создатели поведали, что впервые видят оригинальные ордена и поинтересовались, нет ли у ветерана снимков тех сражений. «Даже современные профессионалы и те сегодня уже плохо представляют себе и то время, и боевые условия, в которых было не до фотографий... Я как-то сказал сыну, что уже и сам начинаю сомневаться, случилось ли это всё со мной на самом деле», – сетовал Эммануил Маркович.


Утешить деда удалось внуку Игорю. Зная о его переживаниях, он зашёл на сайт «Общедоступный электронный банк документов „Подвиг народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.“» и обнаружил там два документа: «Наградной лист» от 11 октября 1944 года с представлением лейтенанта м/с, старшего фельдшера Когана Эммануила Марковича к ордену Красной Звезды и приказ от 27 октября 1944 года с грифом «Секретно» о его награждении этим орденом.

Из «Наградного листа» за подписью командира батальона майора Панкратова в «Кратком описании личного боевого подвига или заслуг» следует, что Коган Э.М. в Красной Армии с июля 1941 года, получил контузию в 1943-м, а о том, как он на тот момент воюет в батальоне ранцевых огнемётов, сказано следующее:

«Все дни боевых действий лейтенант мед. службы Коган Э.М. находился на передовой линии вместе с личным составом роты.

Под артиллерийским, миномётным и пулемётным огнём противника 29.9 и 30.9. 44 года он оказал медицинскую помощь 8 раненым бойцам и организовал их вынос с поля боя. Не жалея сил и жизни он под огнём противника передвигался от взвода к взводу, от раненого к раненому. За время 4-х дней боевых действий им была оказана помощь 13 бойцам сапёрного батальона. При штурме высоты 1098 в составе 129 сд. на поле боя им была оказана помощь 8 бойцам.

Всё своё время л-т медслужбы Коган отдаёт на улучшение быта личного состава, на улучшение качества питания и санобслуживания.

14 – 17 июля 1944 года в боях за Бялокарница, Бзовица личным примером воодушевлял бойцов на боевые подвиги. В эти дни им была оказана медпомощь 17 бойцам и сержантам.

Достоин награждения орденом Красной Звезды».



Когда Эммануил Маркович увидел эти документы, то, по его признанию, воспоминания снова нахлынули на него и ему, как в первые годы после фронта, опять стала сниться война. Припомнил ветеран и то, что после контузии комбат хотел отправить его, мальчишку-фельдшера, в тыл, от чего он, подлечившись, отказался: не мог представить, как без него обойдутся такие же юные, как и он, солдаты-огнемётчики. «Я всё удивляюсь своему долголетию. Наследственность у меня плохая, спирта на войне и водки в мирное время выпито немеряно, а я вот живу… Сейчас понял – это контузия вмешалась в мои гены, продлив жизнь и сохранив память», – в очередной раз пошутит он…



Митинг памяти у стены старого здания института с именами

врачей-выпускников, павших на войне.

Слева – ректор РГМУ им. Н.И.ПИРОГОВА академик РАМН Н.Н.Володин;

справа – председатель Совета ветеранов университета

профессор В.И.Пыцкий


Здесь уместно сказать, что сыновья Эммануила Марковича Николай и Александр, племянник Марк, внуки Митя и Игорь не только пошли по его стопам и стали медиками, но и сохранили трепетное, уважительное отношение к военному прошлому ветерана.

 


Москва, Красная площадь,

парад в честь 60-летия

Победы в ВОВ.


Комментируя это фото, Эммануил Маркович перефразирует известный анекдот о Папе Римском: «Раньше, когда нас видели вместе, говорили: глядите, Коган с каким-то мальчиком! А теперь спрашивают: а кто такой рядом с главным гинекологом Москвы, руководителем клиники «Мать и дитя», профессором Марком Курцером?

 

Самое удивительное, что всё это правда

Я пишу главным образом о военном прошлом ветерана, но, конечно, не могу хотя бы конспективно не коснуться дела всей жизни этого непростого «простого профессора»…

 





В своём кабинете в Германии

 

После войны – успешная учёба во 2-м медицинском институте (2-й МОЛГМИ) имени И.В.Сталина. С 1951-го – аспирантура. Намеревался стать хирургом, но в стране шла выросшая из дела «врачей-отравителей» кампания борьбы с «безродными космополитами», и ректор института С.И.Миловидов (очередная игра провидения!) порекомендовал ему выбрать что-то менее опасное. Коган выбрал науку морфологию. За год до защиты кандидатской диссертации был назначен заведующим институтской лабораторией с 27 работниками, где, к его радости, можно было заниматься реальной наукой, без которой, по его убеждению, немыслим современный преподаватель. Здесь сложился круг единомышленников, будущих научных светил, которым стало тесно в её рамках. При поддержке ректоров Н.Г. Сироткиной и Ю.М. Лопухина Коган предложил и реализовал свой личный проект восьмиэтажной первой в стране ЦНИЛ, и многие годы ежедневно контролировал её строительство, проложив к ней дорожку, которую до сих пор студенты называют «Коганстрит». Построив лабораторию, выбил у государства миллион долларов (колоссальные по тем временам деньги) на её оснащение и закупил на них в ГДР самое современное оборудование и новейшую вычислительную технику. В 1966 году ЦНИЛ была признана решением Коллегии Минздрава РСФСР головной по организации научных исследований и подготовке научных кадров в СССР и стала именоваться «Научно-исследовательский центр при 2-м МОЛГМИ». Директором центра, в котором образовался ряд новых структур по различным направлениям медицинской науки, назначили Когана. Сюда потянулись молодые талантливые педагоги и учёные, и вскоре центр насчитывал более 1000 сотрудников как штатных, так и кафедральных!


Как только образовался научно-исследовательский Центр, в него стали приходить из столичных медучреждений и приезжать со всей страны учёные и одарённые студенты-медики. Для них это была единственная возможность осуществить свои научные задумки на сверхсовременном оборудовании. Совместно с «гениальными мальчишками» – будущими академиками – в этом центре были заложены и разрабатывались новаторские основы смежных медицинских наук, отсюда со временем вышло очередное детище Когана – НИИ физико-химической медицины на Большой Пироговской. Ну и, конечно, отдельным памятником ему служит организованный им и возглавляемый многие годы на тот момент единственный в своём роде медико-биологический факультет (МБФ), научный авторитет которого таков, что до сих пор его выпускники легко находят работу во всём мире!


Среди многочисленных трудов и работ профессора Когана особое место занимает открытое им совместно с профессором А. В. Жукоцким и группой учёных новое направление в медицинской науке – морфоденситометрия и разработанный уникальный диагностический прибор «Диаморф», позволяющий диагностировать 98% случаев начальной степени рака. При наличии соответствующих программ им могут пользоваться и врачи любых других специальностей. Надо сказать, что деятельность доктора медицинских наук, профессора Эммануила Марковича Когана страна по достоинству ценила. Среди многих его наград – Государственная премия РСФСР в области науки и техники (1989). Заслуженно отметил его и «Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова», в который благодаря своему высочайшему научному потенциалу был преобразован 2-й МОЛГМИ.


 


 Одна из последних наград Э.М. Когана – учреждённая в 2017 году Золотая медаль «За выдающиеся заслуги» федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова» Министерства здравоохранения Российской Федерации.

 

Завещание

В какой-то момент начало казаться, что этот человек и впрямь знает секрет вечной молодости и бессмертия. Увы, в конце февраля 2018 года вскоре после его девяностопятилетнего юбилея Эммануила Марковича не стало.

Помните, как вопрошал поэт Леонид Мартынов?


…Скажи: Какой ты след оставишь?

След, Чтобы вытерли паркет

И посмотрели косо вслед,

Или Незримый прочный след

В чужой душе на много лет?


Эммануил Маркович Коган из тех, кто, уходя, оставляет после себя и зримый (его дела),  и  незримый след, о котором так хорошо сказал поэт.

В заключение обратимся ещё раз к его книге, где есть слова, обращённые к нам, живущим, можно сказать, – завещание ветерана:

«Часто думаю: вот я, обычный человек, с каким-то своим талантом, но отнюдь не семи пядей во лбу, стал известным учёным-медиком и, не смотря на преклонный возраст, до сих пор занимаюсь наукой… Не перемолоти война десятки миллионов таких, как я, сколько полезного могли бы сделать они за свою жизнь! Да и не в полезности даже дело. Не сгинь они в этой мясорубке, сколько счастливых встреч случилось бы, сколько молодых семей образовалось бы, сколько новых продолжателей рода человечьего появилось бы на свет. Когда-то мне, как, наверное, многим, казалось, что из ошибок, сделанных в минувшем веке, люди извлекут уроки, и в XXI веке разум и добро победят безумие и зло, и человечество, наконец, заживет в мире и согласии. Что-то действительно изменилось к лучшему, но в тоже время цивилизация наша стала намного уязвимей, и возможность ещё более страшного, чем в прошлом веке, мирового катаклизма, увы, – не плод чьей-то больной фантазии, а пугающая реальность. У моего поколения во время застолий среди прочих тостов был один – главный: «Чтобы не было войны!»

К великому сожалению, пожелание это не утратило актуальности и сегодня…

 


Последние из «могикан»…

 

(В статье использованы фотографии Валерия Гольшейдера, а также фото из архива Э.М. Когана и сайта «Общедоступный электронный банк документов „Подвиг народа в Великой Отечественной войне 1941-1945гг.“» - ВА)

 






<< Zurück | Gelesen: 140 | Autor: Авцен В. |



Kommentare (0)
  • Die Administration der Seite partner-inform.de übernimmt keine Verantwortung für die verwendete Video- und Bildmateriale im Bereich Blogs, soweit diese Blogs von privaten Nutzern erstellt und publiziert werden.
    Die Nutzerinnen und Nutzer sind für die von ihnen publizierten Beiträge selbst verantwortlich


    Es können nur registrierte Benutzer des Portals einen Kommentar hinterlassen.

    Zur Anmeldung >>

dlt_comment?


dlt_comment_hinweis

Autoren